Все оказалось сложнее, чем предполагала Виктория, дети изводили ее своими мелкими шалостями. Она не отвечала на их злобу и уж сколько раз ей приходилось останавливать мужа, который пытался наказать детей. Правда, пару раз им все же не удавалось отвертеться .
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
Впервые их наказали, когда они соли в щи насыпали столько, что есть их было невозможно. Когда вся семья села за стол , Вика, которая полчаса назад снимала пробу, разлила щи по тарелкам. Первая попробовала суп Варя и тут же сплюнула и скривилась.
-Фу, какая гадость! Вы что, весь запас соли извели? Тетя Вика, это есть невозможно. Плохая из вас кухарка, папа и то лучше готовит.
Когда Вика зачерпнула суп из своей тарелки, то была удивлена.
-Я ничего не понимаю… Вот недавно совсем я пробовала и все было нормально, — она посмотрела виноватым взглядом на мужа, но тот, увидев хихикающего за столом Ваську, произнес:
-Зато я понимаю. Вот что, родные мои, вы сами себя лишили обеда. Ну ничего — когда проголодаетесь, то и пересоленные щи вам зайдут за милу душу. Ну, а мы с Викой поедим в колхозе. Приятного вам аппетита, дети мои. Пошли, — Николай схватил жену за руку и буквально выволок из дома не дав ей при детях сказать ни слова в их защиту. Затем он зашел в сарай и придвинул тяжелый столярный стол на крышку погреба.
-Коля, а может быть я по быстренькому что-нибудь им приготовлю?
-Нечего делать! Пусть денёк походят голодные, ничего с ними не станет. Мы в детстве по два дня не ели, животы к спине прилипали и живы. Пусть им эти пакости уроком будут.
— Ну хоть вареньица им достань, с хлебом пожуют.
-Я все сказал. Чего ты их жалеешь? Ты полдня у печи простояла, а они одним махом все испортили. Пойдем, нас Захарыч вызывает, вот и перекусим на работе. Чтобы ему пусто было, этому Захарычу, попросил же выходной!- бормоча себе под нос, Коля запряг повозку и они уехали на работу. Вика, обернувшись, увидела грустные мордашки детей. Когда же это кончится? Сколько шалостей они творили, но ей удавалось их скрывать от мужа, не хотела еще больше детей против себя настраивать, когда-нибудь они поймут, что она не желает им зла.
Второй раз отец их наказал когда они распустили шаль, которую Вика вязала крючком больше недели. Они не ожидали, что отец придет домой раньше Вики, а потому со смехом распутывали рукоделие. Николай отвесил им подзатыльники и, посадив Варю за стол, дал ей в руки крючок и велел все вязать заново, как и было. Девочка со слезами пыталась соединить петли, но у нее ничего не получалось. И тогда отец ей дал новое наказание — вычистить все горшки, да так, чтобы они блестели. Вика была расстроена, когда увидела, что стало с шалью, и после того как Варя выполнила задание отца, Николай велел девочке сидеть рядом с Викой и учиться вязать крючком.
Однажды Вика увидела порванную фотографию своей матери с фронта. Выйдя к детям, она, вытирая слезы, спросила:
-За что вы меня ненавидите? Я пытаюсь с вами подружиться, ни словом ни делом вас не обидела. Так за что вы так со мной?
Дети притихли. Они ни разу не видели, чтобы жена отца плакала. Варя первая подала голос:
— Потому что ты мачеха! А мачехи не могут быть хорошими!
-Почему ты так думаешь?
-Потому что мы с Настей дружим и она нам все рассказывает. Танька вон как над ней измывается, а как братик у нее родился, так вообще спуску не дает!
— Но я хоть раз сделала что-то, что вас бы могло обидеть?
-Ты вышла замуж за нашего папку и этим все сказано. Сейчас ты хорошая такая, а потом будет с нами то же что и с Настей.
Вика внимательно посмотрела в глаза девочки, в которых горела ярость и, развернувшись, ушла в комнату. Прислонившись к двери, она сползла вниз на пол и уткнулась в колени.
-Варя.. А может быть нам стоит с ней подружиться? Она и правда не злая, не то что Танька,- послышался тихий голосок Васи.
-Предатель! Ты что, на ее сторону перешел? Вот смотри — будет у них с папкой общий ребенок, она и выставит нас за дверь.
-Почему ты так думаешь?
-Потому что мы будем не нужны. — Со своей детской наивностью и глупостью рассуждала девочка, стращая брата.
— Тогда да, не нужна она нам, мы и с папкой неплохо вместе жили. — Восьмилетний мальчуган легко согласился с сестрой. — Но жалко ее.
-Ничего, пусть себе другого мужа ищет, а от нас подальше держится. Завтра еще что-нибудь придумаем. — Девочка захохотала и, взяв брата за руку, повела его во двор.
А Вика продолжала сидеть у двери. Вот это да, оказывается, они боятся, что если у них родиться еще один брат или сестренка, это как-то повлияет на отношение к ним. И что теперь делать? Ведь только вчера Вика узнала, что у них будет малыш.
Когда Коля вернулся с работы, Вика отозвала его в комнату и попросила:
-Милый, давай не будем пока говорить детям о том, что у нас будет еще один ребенок. Боюсь даже представить, как они отреагируют.
— Вика, ты что, детей боишься? И что значит, пока не говорить? Рано или поздно они все равно узнают. Я удивлен — ты их покрываешь, спускаешь им с рук их шалости и печешься об их настроении. А они хоть раз о тебе подумали? Хватит идти у них на поводу!
-Коля, ты хочешь, чтобы я вела себя с ними так, как Танька ведет себя с Настей? Я так не хочу и не умею.
-Нет, конечно. Но и постоянно потакать им нельзя. Танька Настю по делу и без дела ругает и наказывает, но ведь мои-то заслуживают иногда трепки, а ты все жалеешь.
-Это не мои дети и я не имею права их воспитывать силой. Я подружусь с ними, правда, но нужно время. А пока ничего не говори им про ребенка.
Вике некоторое время удавалось скрывать от Вари и Васи, что беременна, но когда уже пошел пятый месяц, то даже через объемные юбки и платья стал виден живот.
В тот день, когда дети все узнали, Вика мылась в бане и вдруг забежала Варя, забывшая свою шаль. Бросив взгляд на не успевшую прикрыться мачеху, девочка приросла ногами к полу:
— Ты… ты.. Вы…Как вы могли? — расплакавшись, она кинулась в дом.
Когда Вика зашла, отец вовсю отчитывал дочь, а та, глядя на мачеху, со злостью произнесла:
-Не приму! Не нужен нам никакой брат от этой! Да чтобы он никогда не родился!
Отвесив оплеуху дочери, Николай велел ей уйти с глаз долой и запретил неделю выходишь из дома.
-Никаких тебе гулянок!
-Но ведь масленица же, все село гулять будет, — девочка испуганно посмотрела на отца.
-Все село будет, а ты нет. До тех пор, пока не научишься себя вести хорошо!
-Вот видишь, у вас еще общий ребенок не родился, а вы уже меня наказываете, — девочка с ненавистью посмотрела на отца.
-За твой длинный язык ты наказана. И обсуждать больше нечего.- Отец был настроен решительно, а Вика сильно огорчилась — злоба детей оказалась куда сильнее обычной ревности.
Варя злилась, да вот только не на себя, а на мачеху, из-за которой она поругалась с отцом и вынуждена в масленичную неделю сидеть дома взаперти. Как Вика не старалась, она не смогла уговорить мужа снять наказание с дочери, он был непреклонен.
-Будет ей урок!
— Но ведь она еще больше меня будет ненавидеть!
-А сейчас она тебя любит? Ничего, за свои слова и поступки надо отвечать!
Через неделю после масленицы тронулся лед, зима была на удивление теплой и мягкой, и наступление ранней весны никого не удивило, хотя для начала марта в этой местности все равно удивительным было таяние льда. Местные жители уже месяц как остерегались переходить реку по льду потому что он местами трескался. И во все глаза смотрели за своими детьми, которые любили выйти на зимнюю реку.
Николай строго-настрого наказал детям близко к реке не подходить, после смерти первой жены он вообще боялся их одних отпускать на водоем.
Но Варя, которая росла бунтаркой и еще копила на отца обиду за то, что не принимала участие в общей гулянке, решила сделать все назло. Собравшись ребятней, они пошли на реку смотреть как плывет лед.
Проходившая по сельской дороге Вика, краем глаза наблюдала за ребятишками на берегу. И вдруг она поняла, что ее удивило — красный шарфик Василия… Но этого не может быть, неужели они ослушались отца?
Насколько это возможно в ее положении, Вика быстрым шагом направилась к месту скопления ребятни. Окликнув Варю и Васю, она увидела, как девочка, беря брата за руку, с презрением и ухмылкой посмотрела на нее и сделала шаг на льдину, которая проплывала слишком близко к берегу.
Через несколько секунд девочка уже сама поняла, что сделала глупость и пыталась большой палкой, что была у нее в руке, направить льдину максимально ближе к берегу чтобы сойти с нее, как вдруг Васька, взмахнув руками, упал в воду так как льдина раскололась как раз в том месте, где он стоял.
Девочка испугалась и стала звать на помощь, боясь прыгнуть вслед за братом потому, что плавать ни он ни она не умели — отец ранее не разрешал им подходить к воде. А остальные ребятишки так же остереглись прыгнуть в воду вслед за Васькой из-за холода и опасения, что им влетит от родителей. Варя верещала во весь голос, ей удалось спрыгнуть на берег и она, набираясь решимости, пыталась войти в воду за братом, но отступала в страхе. Ее опередила Вика, которая бросилась, прямо как была в пальто, на помощь к пасынку.
Вытащив мальчонку из воды, стуча зубами, они пошли домой, а навстречу им уже бежали деревенские люди. Кто-то из женщин снял шали и свои шубы чтобы согреть Вику, кто то из мужиков, подхватив Ваську на руки, со всей мочи бросился к дому Николая, который, к счастью, стоял ближе всех.
Дома, переодевшись, Вика стала натирать Ваську настойкой, а потом и сама стала обтирать свое тело, попросив Варю помочь ей. Девочка пребывала в шоке, она молчала и не говорила ничего. Умом своим она понимала — теперь ей точно влетит от отца, уже ничего не скрыть, деревенские все видели. Только бы Васька не заболел.
Но не пронесло… Коля, вернувшийся с работы буквально через полчаса, узнавший от односельчан новость, очень сильно наказал дочь, всыпав ей от души отцовского ремня и запретив на месяц выходить из дома. А под вечер у Васи поднялась температура. Вика, не замечая ничего вокруг, лихорадочно пыталась сбить ее, потом позвала фельдшера и записывала каждое ее слово.
После осмотра мальчика врач спросила у Вики:
— Сама ты как? Вот зачем брюхатая в воду полезла?
-А что мне оставалось делать? Смотреть как Васька тонет? Шубка его ко дну тащила, вода ледяная, время на раздумье не оставалось. Авось, пронесет. Баба я крепкая, что со мной станется?
Около полуночи Вику сменил Николай, сев рядом с сыном на постель и сменив ему полотенце на голове. А под утро Вика проснулась от надрывного кашля, она буквально задыхалась, и тут же ее сковал страх, потому что она почувствовала острую и резкую боль в животе.
Ближе к вечеру следующего дня фельдшер только развела руками, выйдя из комнаты.
— Николай, я сожалею, но ничем помочь не могу. Испуг и холодная вода сделали свое дело, ко всему прочему у Вики не спадает температура. Она встанет на ноги, нужно набраться сил. И.. у вас будут еще дети.
Тут сидевшая в углу Варя разрыдалась так, что все обернулись. Она плакала так отчаянно, что сердце отца не выдержало.
-Что с тобой? Почему ты плачешь?
-Это я виновата! Это я не хотела, чтобы этот ребенок жил, это я пошла без разрешения на реку. Это я, увидев Вику, не подумав головой, встала с Васькой на льдину. И я трусиха, потому что не могла спасти брата. А она смогла, чужая нам тетя спасла Ваське жизнь, не пожалев себя и собственного ребенка.
-Ну хоть это ты признаешь. — Процедил сквозь зубы Николай и пошел к жене.
Неделю она лежала в постели, была очень слабой и пару раз Николаю казалось, что он опять станет вдовцом, но все обошлось.
Спустя несколько дней после случившегося, Виктории стало полегче. Когда она вышла из комнаты, увидела Варвару у печи — та готовила кашу.
— Тетя.. Ой, прости, Вика, тебе уже легче стало? Может быть, ты рано поднялась, полежи еще.
-Не могу больше лежать, хватит, надо брать себя в руки и восстанавливаться. Да и слезы лить напрасно не стоит, ничего уже не вернуть, надо жить дальше, — Вика села за стол и грустно посмотрела на маленькие пинетки, которые вязала для будущего малыша.
Прости, я не успела их убрать, — Варя торопливо забрала у Вики из рук пинетки и вынесла их в сени. Вернувшись, она увидела, что мачеха плачет. Она уже неделю плакала, а у девочки щемило сердце — она в конце концов поняла, что Вика хорошая, что ради них с братом она пожертвует собой. Так же девочка поняла, что совершила плохой поступок с ужасными последствиями и то, что отец теперь с ней не разговаривает, это тоже следствие ее глупости.
Вика.. — Варя присела рядом с ней на лавку. — Прости меня, пожалуйста. Я ревновала отца, я вела себя глупо, и даже когда поняла, что ты не такая как Танька, все равно продолжала над тобой издеваться. Ты хорошая, а вот я плохая. — Девочка начала всхлипывать и вдруг почувствовала теплую руку мачехи на своем плече.
-Давай обо всем забудем? Малыша нам уже не вернуть, зато этот случай станет для нас уроком.
Когда Николай вернулся с работы, он увидел жену и дочь сидевшими рядом друг с дружкой и мило беседующими.
-А что значит твое имя? Оно такое редкое, что я только тебя с таким именем знаю, все больше у нас в селе Тани, Зины, да Лены. — С интересом спрашивала Варя у мачехи.
— Виктория — это победительница. Меня мама так назвала . Она раньше в городе жила, была грамотной, и очень любила читать книги. Она часто бегала к своему соседу, у которого была целая библиотека. Один роман ей понравился, вот она меня и назвала в честь главной героини.
— А если твоя мама жила в городе, как ты тут оказалась?- Варя с удивлением посмотрела на мачеху.
-Она вышла замуж за моего отца и уехала вслед за ним в деревню.
-Вот я бы не уехала из города. Там интересно. — Пожала плечами девочка.
-Знаешь, Варя, когда любишь человека, то ради него хоть в огонь, хоть в воду, хоть на край света. И никакие препятствия большой любви не страшны. Тебе всего тринадцать, но скоро, буквально через несколько лет, ты поймешь, что значит любить по настоящему.
-Любить так, как вы с папой друг друга любите?
Вика подняла глаза на Николая и их взгляды встретились, после чего они в один голос произнесли:
-Да!
-Тогда у меня есть с кого брать пример!
Эпилог
Через два года у Коли и Вики родился сын Миша, затем, когда младшему исполнилось три, родилась дочка Мария, названная в честь первой жены Николая.
Варя и Вася помогали Вике по хозяйству и с удовольствием сидели с младшими братом и сестрой, они поняли, что с новыми ребятишками любовь родителей к ним не угасла.
Спасибо за прочтение.
Автор Хельга