Имея взрослых детей и уже внуков, входящих в подростковый период, я оглядываюсь на себя, того балбеса и так хочется мне дать затрещину самому себе, но увы…
Доучиваясь в старой школе, я ещё наполовину был там, в своём дворе, я бежал туда после школы, спорил с матерью, бросал вещи, уходил, но…Когда в моей жизни появился брат…
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
А именно так мы себя начали позиционировать, что мы братья, я со скрипом начал ломать то, что у меня уже сформировалось, я начал отучаться от дурных привычек, мне…мне было неудобно перед Васькой, ведь он был другим.
В первую очередь, я бросил курить, и когда пацаны позвали меня за школу, я не пошёл, чем вызвал удивление и подозрение и даже был шанс, что меня побьют, ну и пусть.
Я…
Я просто хотел, как Васька и его отец, заниматься по утрам спортом, по настоящему, а не как я делал, выходил с ними, потому что мать заставляла, но демонстративно садился на лавку в парке, положив ногу на ногу, доставал сигарету и закуривал.
Да, вот такой я был…
Васька и его отец, муж моей матери, они не лезли ко мне, кивали улыбаясь и бежали, бок о бок, плечо к полечу, подтрунивая друг над другом, как же я хотел к ним…
Но, какая -то дурацкая гордость или что это, не давали мне присоединиться к ним, я делал всё наперекор, я видел, как неудобно было матери, но…я не мог остановиться это делать, не мог.
Я делал назло, мне хотелось злить их, я выводил мать из себя, добиваясь чтобы она заорала, кинулась на меня с ремнём, а я бы…
Я в один момент понял, что не хочу этого ничего, я хочу быть как Васька, ну или примерно стать похожим на него.
Мы лежим на кроватях в своей комнате.
-Твоя мама жарит такие блинчики…
-Да ну, обычные, — из вредности отвечаю я Ваське.
-Не скажи, я знаю в этом толк, ты ещё бабкиных блинов не ел, — говорит Васька и хохочет. -Может попросишь её…
-Иди сам, да проси, — отворачиваюсь я к стенке.
-Хорошо, — говорит беззлобно Васька, и вот уже слышу, как он просит блинов у моей матери, ну почему? Почему мне трудно это сделать? Почему я не могу подойти и попросить…родную…маму?
Во мне живёт кто-то противный и мерзкий, он всё делает не так, всё переворачивает с ног на голову.
В то утро я не сел на скамейку и не закурил, а я молча побежал с ними, а они молча меня приняли и мы бежали, плечо к плечу, и несмело, осторожно, я начал принимать участие в их шутках.
И вот, уже вошло в привычку, бегать по утрам, перестать цвиркать через зубы, а ещё…Васька с лёгкостью таскал пятёрки и однажды я поймал мамин взгляд…
До меня дошло, ей тоже хотелось бы, вот так обыденно, как Васькин отец, потрепать меня по голове и вручить дневник, сказать, что я молодец…
Такого не было…давно…да что уж там, никогда.
Я стиснул зубы…я поклялся себе.
Я постарался, я добил этот год, друзья не понимали, что со мной случилось, учителя ликовали, физрук снимал передо мной шляпу и подметал пером пол в спортзале, образно конечно, а мама впервые за какое -то время пришла с родительского собрания растерянная и какая-то притихшая.
Ей не надо было орать, хвататься за ремень и за сердце, капать себе капли и пить их причитая за что это ей всё…
Она просто села ко мне на кровать и расплакалась, Васька с отцом вышли предусмотрительно.
Я стоял опустив руки и не знал что делать.
— Маа…мам, ну что ты?
-Ничего, сынок, прости меня…
-Тебя -то за что?
-Да за всё, прости, я плохая мать…
-Ты чего, да ты у меня самая лучшая…мама…
Мама заплакала ещё пуще прежнего, а я сел к ней и погладил по голове…Так из меня выветривалась подростковая дурь.
Я начал меняться.
Дядя Паша и мама, да…так я начал их называть, думали куда нас на лето, ведь сидеть в пыльном городе такое себе удовольствие.
У моей бабушки гостили другие внуки, нет, она не против ещё двоих принять, но…там мальки, самому старшему семь лет…
У Васькиных бабушек тоже что-то не то…Да у Васьки, как у всех нормальных людей, были два набора бабушек и дедушек, даже три, у Васькиного отчима тоже были родители и они хорошо относились к Ваське и ко мне заодно.
У меня теперь тоже появились новые бабушка и дедушка, это дяди Пашины родители, но!
-Да, что там думать, говорит Васька, — мы поедем к бабке.
-Вот и отлично, сказала мама, она наверное немного подзапуталась в родственниках, если бы она посчитала, то поняла бы…и даже возможно провела бы расследование, докопалась бы до истины, но слава Богу она этого не сделала.
Дядя Паша неуверенно посмотрел на маму, а мама…она же не знала в чём подвох и опять с лёгкостью согласился.
Не знал и я…а так бы…
Думаете не поехал, бы?
Ага, сейчас же…я бы ещё раньше заставил маму выйти замуж за дядю Пашу и позвал бы к нам жить Ваську потому что бабка…
Она заслуживает, чтобы про неё рассказать подробнее.
Загруженные по полной, мы стоим с Васькой на перроне и слушаем наставления, которые сыпятся со всех сторон, нас приехала провожать целая плеяда родственников, как будто мы едем не в деревню, а на Луну или на Марс.
Васька уже ездил сам, а я ещё нет…Несмотря на свою кажущуюся крутость и самостоятельность, я один не ездил, да ещё и двое суток почти, в поезде.
Ну всё, нас устроили в вагоне, наказали проводнице и всем соседям следить за мальчиками, причём каждый из нашей многочисленной родни.
Мы с Васькой сели к окну и прижались лбами к стеклу.
Вот поплыли в другую сторону провожающие, а мама…мама вдруг сорвалась с места и побежала, маша рукой и что-то крича.
Я вылез в окно и помахал ей.
Мама трясла каким-то мешком и бежала за нами, конечно она отставала, но вот, кто-то высунул руку в окно и подхватил мамин мешок, а вскоре нам принесли его, это оказались пирожки, мама пекла их в дорогу нам всю ночь, а в суматохе просто забыли их.
Мы угостили всех, проводников тоже…
Мы прибыли на станцию рано утром, холодный туман накрывал перрон, нас высадили и поезд помчался дальше почухивая, посвистывая и исчез в тумане.
Я поёжился.
-Васька, а куда нам дальше?
-А чёрт его знает, в таком туманище не видно ничего, — пожал плечами брат.
Вдруг послышался равномерный цокот, но того, кто был причастен к этому цокоту, видно не было, мы интуитивно прижались друг к другу, я прижал к себе рюкзак с Сократом, Васька банку с Веней.
-Пффф, — услышал я возле уха и отпрыгнув заорал дико, Василий прыгнул в другую сторону.
Цок-цок-цок, — услышали мы удаляющиеся шаги.
-Фаська…хто ето, — отчего-то чужим, шепелявым голосом, спросил я.
-Нне знаю, может чёрт или лошадь, я склоняюсь ко второму.
-Ччего ему надо?
-Кому?
-Лошшшадю?
-Ааа, ёжика ищет видно, — уже успокоившись, а может и не боялся, а так, за компанию, произнёс Васька.
-Ккакую ёжик, Вася?
-Вовка…ты как -то странно заговорил, — озабоченно сказал Васька, — может у тебя лихорадка?
-Откуда?
-С болота, туман видишь какой, дай руку, а то я уже тебя на половину не вижу, ещё утащит тебя.
-Ккто?
— Лихорадка…или лихоманка.
Я не успел толком испугаться и осознать Васькины слова, как послышался чей -то голос.
-Василииий, эгегегй, иде вы?
-О, дед Борис, это бабкин сосед, — сказал Васька и нырнул в туман, оставив меня стоять одного.- Деда Боря, мы здесь, Вовка, стой на месте.
Я стоял зажмурив глаза, пока кто-то не тронул меня за руку. Я , как заору.
-Чего орёшь, леший, -сказал чистый, звонкий, девчачий голос.
-А ты чего меня пугаешь, — огрызнулся я, вскоре показался Васька с каким-то дедом, они побросали на телегу наши чемоданы, сумки, сумочки и мы тоже залезли и увалились в прошлогоднее, пахнущее вкусно, немного колючее сено.
Приключения начинаются, понял я…
Меня ждало знакомство с бабкой и многое другое.
…ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >