Ирина Сергеевна – геолог, женщина-гром, и гроза всей квартиры. Жила она совершенно одна, твердя каждому встречному о том, что семья и дети – это не для нее. Их, мол, воспитывать надо, а она не воспитана сама настолько, что путает, какой вилкой нужно есть рыбу.
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
Илья Григорьевич – старый холостяк, трудившийся на заводе слесарем, и искренне считавший, что любовь – это удел немногих. В его жизни была одна история, но отношения эти ничем хорошим не закончились. Пассия Ильи обобрала его, как липку, похитив отложенные на поездку к морю деньги и единственную ценность, оставшуюся ему на память от матери – крошечные золотые сережки. Серьги Илья вернул, а возлюбленную не простил. И с тех пор женщин сторонился, опасаясь повторения истории. За своих принимал только соседок по коммунальной квартире и был для них надеждой и опорой всегда и во всем.
Третьей соседкой Марии Семеновны по квартире была Тонечка. Разбитная хохотушка, которая работала маляром, и точно знала, чего хочет от жизни.
— Дите, мужика хорошего и спокою.
«Спокой» Тонечке только снился. Она, в поисках любви, то и дело влипала в неприятности, поскольку не умела разбираться в людях, и почему-то всякий раз попадала впросак, доверившись очередному кавалеру. Но бодрости духа и надежды обрести счастье не теряла. Напротив, в очередной раз обжегшись, хохотала, рассказывая на кухне соседям о том, как «лопухнулась», и грозила кулачком небесам:
— Но-но! Без шуточек в следующий раз! Мне замуж пора! Часики-то тикают!
Появление в квартире Татьяны с сыном заставило соседей Марии Семеновны насторожиться. И если Тонечка восприняла это довольно спокойно, ведь детей любила и страстно мечтала о своем ребенке, то Ирина Сергеевна была категорически против того, чтобы Таня с Васей остались в квартире, о чем и не преминула сообщить Марии Семеновне в ультимативной форме.
— Погостить – пожалуйста! Жить – нет! Увольте! Мне покой нужен, а не голосящие по ночам над ухом младенцы.
Назревающий скандал погасил, как обычно, Илья Григорьевич.
— Ириша, ну что ты в самом деле?! Или мы звери? Выгоним на мороз мать с грудным ребенком и будем спать спокойно?!
— Илья Грирьевич, не мути воду! Лето на дворе!
— А будет зима! И Тане нужно где-то жить. Ты посмотри на этого карапуза! Каков, а?! Щеки – как у хомяка! Ирочка, я предлагаю вам пари!
— Какое, позвольте узнать? – Ирина Сергеевна, уже понимая, что проигрывает в споре, недовольно поморщилась, но на Василька глянула и даже невольно улыбнулась, когда малыш гукнул удивленно и потянул к ней ручки.
— Я обещаю вам, что если этот обормот будет мешать нам жить, то мы выгоним его на мороз. Но! Если вы через год не станете называть его Васильком, я съем свою шляпу.
— Не дождетесь! – Ирина Сергеевна фыркнула, еще не зная, что Васильком она этого ребенка начнет называть вслед за всеми куда раньше, и, тая от соседей свою привязанности к малышу, будет втихаря потчевать его сладостями, всякий раз делая вид, что совершенно ни при чем, а баловство – это удел матерей, которые удержу в любви своей не знают.
Вася рос довольно послушным, спокойным ребенком. Ходил в детский сад, гулял с мамой и бабушкой Машей в Летнем саду, и почти не беспокоил соседей. Он не капризничал, не плакал по ночам, и не портил чужие вещи. Длинный, заставленный ненужными вещами коридор, был для него настоящей сокровищницей и неиссякаемым источником для фантазии.
То он отправлялся в плаванье в корыте, которое принадлежало Ирине Андреевне, командуя воображаемыми матросами и требуя рому. Что это такое, Василёк, конечно, не знал, но запомнил короткое словечко, которое часто повторялось в его любимой книжке про пиратов.
То прятался в большом, набитом всякими интересными вещами, шкафу, который принадлежал Илье Григорьевичу. Стоило забраться в этот шкаф и на голову тебе падала старая, битая молью, шуба маменьки Ильи, и можно было представить, что это огромный медведь, с которым нужно бороться и обязательно победить.
А у двери комнаты Тонечки стола тумбочка, в которой было много разных баночек с краской и лежали кисти. Правда, без спроса Василёк эти сокровища трогать не решался с того самого дня, как решил покрасить дверь в Тонину комнату. Красок было много, дверь получилась очень красивой и разноцветной, но мама почему-то Василька отшлёпала, а Тоня долго хохотала. А потом взяла, да и закрасила все его художества скучной голубой краской, позволив, впрочем, обиженному Васильку нарисовать потом на самом видном месте маленькие облачка.
— Красиво! Надо тебя, Василёк, в художественную школу отдать. Вдруг из тебя толк выйдет?
Татьяна, конечно, в угол сына поставила и сладкого лишила, но над словами Тонечки задумалась. А потом и правда, взяла сына за руку и отвела в художественную школу. Туда Василька по малолетству не взяли, но один из преподавателей, посмотрев его рисунки, сказал, что будет заниматься с мальчиком.
— У вашего сына есть будущее. Если он сейчас так рисует, то что будет, если его научить?! Беру!
Эти занятия для Василька стали удивительным подарком. Бабушка привозила его на Мойку, где жил преподаватель, и тихонько сидела в уголке, ожидая конца занятий и наблюдая, как такие же малыши, как Вася, увлеченно возят кисточками по бумаге и постигают азы рисования.
И скоро в квартире можно было открывать художественную галерею. Тонечка тщательно отбирала рисунки Васи, Илья Григорьевич делал рамки и резал стекло, а Ирина Сергеевна, накинув на плечи шаль, прогуливалась вдоль стены в коридоре, которую специально освободили от хлама, чтобы развесить на ней Васины шедевры, и восклицала:
— Василёк, ты будешь знаменит! Это я тебе говорю! Слушай меня и никого больше! Твори!
Вася смеялся, кивал, и готов был рисовать дни и ночи напролет.
Может быть поэтому он меньше, чем мама боялся того, что скажут соседи, когда нес домой замерзшего, дрожащего щенка.
И соседи не подвели.
— О! Не было печали! Василёк, где ты взял это чудо? – Ирина Сергеевна подхватит осоловевшего от сытости и тепла щенка, и чмокнет его в мокрый нос. – Я буду дама с собачкой! Прелестно! Татьяна, вечерние прогулки за мной! Я всегда мечтала иметь пса и гулять с ним по набережной! Как знать, может и устрою на старости лет свою судьбу?
— Ирина Сергеевна!
— Я за нее! А что я такого сказала-то?! Татьяна, вы лучше обратите внимание на своего сына!
— Ой!
— И ничего не ой! Наш мальчик растет добрым! И это прекрасно! Не знаю, что скажут Илья и Тонечка, но мой голос твой, Василёк! Придумай имя этому чудовищу. Татьяна, а вы купите красивый поводок. Мы должны выглядеть эффектно!
— Мы?
— Я и вот этот барбос! – Ирина Сергеевна, вручив щенка Васе, удалилась, чтобы уступить место вернувшемуся с работы Илье Григорьевичу.
Тот и вовсе слов тратить не стал. Кивнул, потрепал по макушке Васю и попросил чаю. А на следующий день купил изумительной красоты ошейник, который еще долго Васиному питомцу был велик, и поводок для прогулок.
А Тонечка на щенка даже внимания не обратила. У нее наконец-то наметился сдвиг в личной жизни, и она порхала, едва касаясь земли каблучками новеньких туфелек и была рада всем и всякому.
Мария Семеновна же, вернувшись из санатория, ахнет, увидев еще одного жильца в своей комнате, и погрозит пальцем Васильку.
— Ты за него в ответе, милый! Не подведи!
Пройдет много лет и картину, на которой будет изображен лохматый белый пес с какими-то людьми, Василий повесит в своей мастерской. И на вопросы своих учеников, которые будут с любопытством взирать на этот ранний образец творчества своего знаменитого педагога, Василий будет отвечать коротко:
— Это те, кто знал по-настоящему, что такое любовь. Они научили меня всему, что я знаю о жизни.
— И чему же?
— Трем вещам. Любить нужно тех, кто рядом и всегда отвечать за свои поступки.
— А третье?
— Никогда не использовать масляные краски там, где можно обойтись акварелью. А теперь, довольно вопросов! За работу, друзья! Мир ждет ваших шедевров!
— А если у нас не получится?
— Тогда лучше и не начинать. Получается только у того, кто знает, что нужно пробовать, искать и не сдаваться. Остальным не светит ничего! – Василий усмехнется и кивнет на окна, за которыми будет набережная Мойки и город его детства. – И, кстати, свет вы уже почти упустили. Я бы на вашем месте занялся делом. И запомните! Я верю в вас так же, как когда-то верили в меня. Все у вас получится! Даже не сомневайтесь!
Автор: Людмила Лаврова