— А где же ваши жены? Чего их не взяли с собой? — Дед Иван обернулся к гостям, не забывая понукать коня.
— Так холостые мы, рано еще, — с лица Стаса не сходила улыбка, путешествие ему нравилось с первых минут. И эта заснеженная дорога, и видневшийся на горизонте лес, и возница, напоминавший отдаленно Деда Мороза с тех далеких детских утренников. И то, что Глеб сидит рядом и тоже доволен.
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
— Эхма, мода какая пошла, по годам-то вы как мои Федька с Петькой, также бессемейные, не допросишься, чтоб женились. Иван чуть притормозил, чтобы не гнать коня, обернулся к пассажирам санной упряжки и с болью в голосе сказал: — Я ведь хочу правнуков увидеть, внуков, считай, вырастили, теперь бы до правнуков дожить, а там и ладно, сколь протяну. Вот я о чем.
— Петр говорил, что невеста вроде есть, — напомнил Стас, — так что Иван Николаевич, может, скоро на свадьбе погуляете, а может и меня позовете, так я с радостью.
— Так и есть, младший весной жениться хочет, так я жду, не дождусь, скорей бы уж, пока в силах, так может и спляшу на свадьбе. Ну вот, подъезжаем.
Стас и Глеб оглядывались вокруг, видя вполне добротные дома из бруса. Кажется, проехали местную площадь и светлое одноэтажное здание местной администрации. Непривычно после шумного, вечно торопящегося города оказаться в сельской местности. Навстречу попадались машины, прохожие, которые с любопытством смотрели на гостей, как на иностранцев. Где-то вдалеке послышалось тарахтение, звук мотора.
— Грейдер поехал дорогу чистить, — пояснил дед Иван, — вы, ребятушки, не бойтесь, у нас тут, как там ее, цивилизация. А загвоздка с дорогой, так это редко бывает, уж извините, что на санях везу.
— Да что вы, Иван Николаевич, все супер, лучше и не надо, такие впечатления классные. Я детство вспомнил, как на лошади у родственников в деревне катался.
— Ну ладно, значит угодил.
Повозка остановилась у дома, сложенного из бруса, с голубыми ставнями, с палисадником, под цвет ставень. Заливисто залаяла собака, извещая о чужих на ее территории. – Дозор, свои это! Гостей привез, принюхивайся, знакомься… и хватит гавкать, в ушах звенит от тебя.
В следующую минуту Петр выскочил без шапки и куртки, сграбастал Стаса, словно проверяя на прочность. Они с минуту трясли друг друга за плечи, пожимали руки. Стас познакомил с Глебом, а Петр со старшим братом Федором, таким же высоким, крепким голубоглазым, как и его брат.
Стол в доме был загружен подарками: мясные и рыбные деликатесы бросались в глаза, как и коробка с конфетами, напитки с незнакомыми для села этикетками.
— Это что за госрезерв у меня на кухне? – Хозяин дома с напускной серьезностью показал на стол. – Вы думаете, мы тут голодуем?
— Иван Николаевич, да это просто подарки, примите от нас, неудобно же с пустыми руками.
— Ладно, угостимся. Только вы и наше отведайте. Петька, тащи хариуса.
— Да уже в холодильнике давно, осталось на стол поставить.
— Прям по-настоящему, по-сибирски сидим, — заметил Глеб, когда сели за стол. — Одни мужики, на столе хариус, сало, картошечка, капусточка – это же не в каждом ресторане так вкусно можно поесть.
Дед Иван от гордости распрямился, не зря он все дни готовился не меньше внуков. Только пошли разговоры, смех, тосты, как открылась дверь, — ясно было, что кто-то пришел, раздевается в прихожей.
На пороге кухни появилась миловидная девушка, и сразу посветлело от ее присутствия. – Здравствуйте!
— Стас и Глеб поздоровались, разглядывая местную красавицу, Глеб даже смутился, не ожидая увидеть приятную незнакомку в первые часы приезда.
— Алена, давай к нам, знакомься, — Петр пододвинул еще один стул, девушка скромно присела, поглядывая на гостей.
— Парни, это моя девушка, моя невеста Алена.
— Петя, извини за наглость, жду приглашения на свадьбу, — Стас одобрительно посмотрел на Алену и на Петра, своего армейского друга.
— Будет сделано, на весну планируем, — пообещал Петр, Алена скромно опустила глаза.
И даже не от слов Стаса и Петра смутилась девушка, а от притихшего Глеба, который не сводил с девушки глаз. Он словно одумался, тоже смутился, стало неловко так безотрывно смотреть на чужую девушку в чужом доме, где их гостеприимно принимают.
Часа два слышались разговоры, смех, звяканье посуды. Стас иногда вставал из-за стола, подходил к печке, гладил ее ладонью, принимая печное тепло, расплывался в довольной улыбке.
— Чего ты ее, печку нашу, словно девку гладишь? – Дед Иван, разомлевший от напитков, от разговоров, без стеснения обращался к приезжим парням, как к своим родственникам. – Нравится?
— Ой, деда Ваня, нравится, у вас тут и дышится как-то по особенному, не замечал раньше, что воздух может быть таким.
— Переезжай! – Иван махнул рукой, приглашая к столу. – Дом тебе поставим, невесту найдем.
— Перееду, может к пенсии, в таком месте лучше всего и жить. А сейчас, извините, работать. Все поставлено на нужные рельсы, правда, Глеб?
— Так и есть, — согласился молчаливый Глеб, — в деревне хорошо, а в городе — деньги, вот такая проза жизни.
— Да куда же вы, деда Ваня, зовете? Что им тут делать? – Скромно спросила Алена, стараясь не встречаться взглядом с Глебом. – У них такие перспективы, не то, что мы здесь.
— Да ладно, Алена, дед же в шутку насчет переезда.
— А я всерьез, — тихо сказала девушка и уже сама посмотрел на Глеба. Всё в ее душе перевернулось за считанные минуты, вспомнила, как сказала мать, что с Петром встречается от того, что других нет, лучше не встретила. А Петр парень неплохой, работящий, хотя может и слишком простоват для Алены. Совесть тут же заставляла избавляться от этих смущающих и даже пугающих мыслей.
— Мужики, баня готова, — Федор напомнил о натопленной бане, — веники ждут, мы сегодня с Петькой будем за банщиков.
— А девчонки будут? – Крикнул развеселившийся Стас. Тут же осекся, взглянув на Алену. – Простите, при даме сказал, это так, в шутку.
— Пойду я, домой пора, — девушка поднялась из-за стола, сделав вид, что не слышала про баню.
— Погоди, я провожу, — Петр пошел за ней.
— И я пойду, — Иван Николаевич, слегка шатнувшись, отошел от стола. – Ты, Федя, распоряжайся тут, а я во времянку. А вы, парнишечки, чувствуйте себя, как дома, завтра отдыхайте, будет погода, на озеро съездим порыбачить.
— Спасибо, Иван Николаевич, — Стас поднялся, приложил руку к груди, жестом показывая, как искренне рад.
— Давайте девушку завтра на озеро возьмем, — предложил осмелевший Глеб, а то мы как мужской клуб, строго без женщин.
— Найдем! Попросим Алену подружку взять, — пообещал Федор, а потом вновь напомнил про баню.
Через полчаса пришел Петр. – Ну что, все в норме? Пока пар не ушел, берем полотенца и в баню.
Деревянная банька встретила теплом, ароматом березовых веников, расслабляя и заволакивая волшебным банным духом. Больше всех радовался Стас, смеясь, подбадривая компанию, хлопая себя веником по плечам. – Ух, хорошо! – Он так увлекся, что никак не хотел выходить даже в предбанник.
— Стас, хорош, — уговаривали Глеб и братья.
— Я еще разок, проверю, на сколь меня хватит.
Хватило ненадолго, в предбанник Стаса попросту вынесли.
— Да ему плохо! – Испугался Глеб. — Братья пытались привести в чувство, Стас почти не реагировал.
— Скорую! – Крикнул Глеб. – Вызывайте скорую!
— Да какая скорая?! Мы же не в городе, — Петр за минуту оделся и побежал в фельдшерский пункт.
— Счас фельдшера приведет, здесь недалеко, — сказал Федор. Домой будет звонить, вызовет. — Федор с Глебом под руки вывели Стаса из бани. Он едва мог идти самостоятельно, мотая головой, пытаясь прийти в себя.
— Анастасия Павловна, вы еще на работе? – Петр звонил местному фельдшеру. – Тут человеку плохо.
— Дома я. Сейчас выйду, ждите меня у моего дома.
Молодая женщина в светлом пальто, под которым виднелись полы белого халата, в очках и платке, вышла через калитку, на ходу выслушав о случившемся.
За считанные минуты привела Стаса в чувства, послушав сердце, измерив давление. Парень смотрел на доктора, как в тумане, не понимая толком, что произошло. Приятное лицо, даже какое-то нежно лицо, такие мягкие руки,- все это он ощутил, придя в себя. И только очки на миловидном лице придавали строгости.
— Переусердствовали вы. Разве можно так париться, тем более с непривычки? Сегодня постельный режим до утра, подушку можно сделать повыше. Таблетки от головной боли оставляю вам. И жидкости можно побольше прохладной. Только горло не простудите, не перестарайтесь. – Она осуждающе посмотрела на притихшую мужскую компанию. – Что же вы делаете? Взрослые люди, должны понимать.
— Мы говорили ему, так получилось, Анастасия Павловна, — братьям стало совестно, что так закончился первый день встречи гостей.
— Ничего страшного нет, хорошо, что вовремя хватились, — успокоила фельдшер.
— Вы уже уходите? – Стас пришел в себя и понял, наконец, что рядом с ним медицинский работник. – Доктор, посидите со мной еще, — он взял ее за руку, удерживая, — вы такая симпатичная.
Анастасия Павловна строго посмотрела на оклемавшегося парня. – Ну, я вижу, все хорошо, — повернулась к Петру, — звоните, если что, но, думаю, все в порядке будет.
— Извините, что ночью, вызвал, нехорошо получилось, я провожу, — Петр схватил пальто, помог одеться.
— Да не стоит провожать, тут рядом. – Она окинула опешившую компанию взглядом: — Доброй ночи, — и вышла.
— Мужики, вы деду Ивану не говорите, а то подумает, что я слабак, — обеспокоенно попросил Стас. – А сестричка ничего, интересная такая. Я бы еще раз с ней встретился. Приболеть что ли?
— Короче, Стас, деду не скажем, а то и нам влетит, пыль до потолка будет, скажет, что не усмотрели, вообще баню досками заколотит, он такой, он может…
ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >