Стас не удивился, что Федор повез Катю на поезд. Должен был до райцентра на автобус отвезти, а он решил до самого Красноярска. Обида на Федора прошла. Да и какая может быть обида, когда Федор перед Стасом ни в чем не виноват.
— Парни, я повел себя, как дурак, как мальчишка. Со спиной я все придумал, чтобы еще раз фельдшера увидеть, — признался он.
— Да я так и понял, — сказал Глеб. – Ну и что, как прошло «свидание»?
— Никак, она сразу меня «расколола», так посмотрела, как будто я пацан какой и на уроке двойку получил.
Начало по ссылке (первая часть):
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
— Кто, Анастасия Павловна? – Уточнил Петр.
— Да, ваша местная Анастасия Павловна.
— Она такая. Строгая. Не смотри, что молодая. Ее к нам недавно направили, так у нас все бабули вздохнули, радуются.
— А ребенок? Я сегодня мальчика с ней видел.
— Так это сын ее.
— А муж?
— А мужа ни разу никто не видел. Одна приехала.
— Фельдшерицу нашу обсуждаете? – Дед Иван услышал разговор и присоседился, оживившись.
— Всем бы таких фельдшериц, выручает она нас. Чуть что, к Анастасии Павловне, — внимательная она и толковая. Мать к ней приезжает частенько, в город обратно зовет, так наши пенсионеры сказали: «не отпустим, мы без нее пропадем».
— Ну, Стас, ну ты ходок, не успела одна уехать, к другой пошел, — Петр беззлобно удивился и посмеивался. – Значит, говоришь, пришлось развернуть оглобли обратно? Да-аа, брат, с Анастасией Павловной с ходу ничего не выйдет, крепкий орешек.
— А что ты ее все время по имени-отчеству зовешь? – Удивился Стас.
— Из уважения, — ответил Петр искренне.
— Вообще-то да, ее есть за что уважать. – Согласился Стас.
— Ну, долго вы будете про фельдшерицу разговоры вести? – Снова вступил дед Иван. – Вроде как баню топить собирались.
— Ой, Иван Николаевич, баньку хочется растопить, — вспомнил Глеб.
— Так хотели же когда Федор приедет. Сказал, может ночью, или завтра. Дождаться, наверное, надо? – Стас засомневался насчет бани.
— Ничего, Федька приедет, еще раз подтопим. Делов-то – баню растопить, — сказал дед Иван.
Глеб потер ладони от предстоящего банного удовольствия, потом обратился к Стасу: — Только тебе, друг, баню надо принимать мелкими дозами. Без обиды, Стас, но я здорово испугался тогда.
— Понял я, понял, все будет без обмороков. Я вообще-то любитель бани, прошлый раз просто перестарался.
— Не понял, что там было в прошлый раз? – Дед Иван смотрел то, на одного, то на другого, вслушиваясь в каждое слово. – Какие обмороки? Плохо что ли кому было?
Парни поняли, что проговорились, попытались внушить, что дед не так понял, но было поздно. – Я не глухой, все слышал, нечего меня, как пёсика, косточкой отвлекать другими разговорами.
Пришлось вкратце рассказать, намного смягчив историю, убедив, что ничего страшного не произошло.
— Твою дивизию, Петька, куда ты смотрел? Тебе с Федькой поручено гостей принимать, а вы туда же – вместе с гостями меры не знаете.
— Дед, да клянусь, все в норме были, Стас с непривычки лишнего хватил.
— Значит так, Петька, и вы, гости дорогие, я сегодня с вами в баню пойду, в предбаннике буду сидеть и караулить.
— Дед, да ты чего, как с маленькими?
— Дед Иван многозначительно поднял вверх указательный палец: — Имею право. Чай буду в предбаннике пить, да вас караулить. Считайте, что я заместо эмчеэса, спасатель, так сказать.
После таких слов все трое дружно рассмеялись. Отказать ему было невозможно.
Вскоре затрещали дрова в топке, Петр прикрыл дверцу, дождался, когда разгорится сильнее, засыпал уголь и позвал деда. – Глянь тут, а мне выйти надо.
— Куда ты? Федьки дома нет, и ты бежишь куда-то. Перед гостями стыдно.
— Я недолго, мне надо, парни не обидятся.
Петр на ходу накинул куртку, надел шапку и торопливо пошел к Алене. Все эти дни не мог толком поговорить с ней. Понятно, что сам он занят, но, даже на озере, куда они отправились на второй день, девушка была как будто в стороне от него, словно и не его она девушка, а просто знакомая.
— Ну, заходи, раз пришел, — Алена вышла за ворота, накинув шубку.
— Оденься, поговорить надо.
— Петя, прямо сейчас?
— Соскучился, несколько дней не встречаемся, не общаемся, звоню, через раз отвечаешь.
— Петя, ты меня прямо караулишь, делать ничего не даешь.
— В лес завтра поедем, на буране кататься. Поедешь с нами? – Он смотрел на нее и чувствовал, что хочется ей поехать, но почему-то не решается сказать.
— Нет, мне надо костюм дошить.
— Подождет костюм, поехали. Или я надоел тебе? – Напрямую спросил Петр.
— Не выдумывай, просто мне некогда.
— Аленка, я же вижу ты не такая. Как увидела Глеба, так сразу переменилась. Ты пойми: он уедет, а мы останемся.
— За меня зачем решаешь? – Сказала и пожалела о своих словах. Поговорить с Петром Алена думала после отъезда Стаса и Глеба. Но Петр так настойчиво выводил ее на разговор, что пришлось задать этот вопрос.
— Что я решаю? Я только сказал, что они уедут, а мы-то здесь.
— Петя, я тоже хочу уехать. Но не с ними. Может весной, а может раньше. Я не знаю, что мне тут делать. Шью пока на заказ, классные вещи шью, но мне этого мало, во всех смыслах мало: и по деньгам, и по профессии. Ты же помнишь, я на конкурсе в прошлом году первое место за народный костюм заняла. Мне дальше учиться надо, я же дизайнер одежды, развиваться хочу.
— Ну, так и учись, поступай, учись, если надо, я подожду.
— Петь, ты не понял. Я хочу учиться, работать и жить в большом городе, В Красноярске, в Новосибирске или в Москве, — я не знаю пока. Но я хочу уехать.
— Понял, меня в своей перспективе ты рядом не видишь, — он отошел к палисаднику, с досады смахнул с него снег. Алена подошла к нему. Обнял, начал говорить быстро, сбивчиво: — Ты подумай хорошо. И не обманывай ни себя, ни меня. Точно хочешь ехать, или Глеб тебе запал? Я же вижу: Глеба, как будто босиком на снег поставили, после того, как увидел тебя, глаза прячет. Что между вами?
Она оттолкнула его. – Ничего! Неужели ты думаешь, что я с твоим гостем за твоей спиной «крутить» буду? Я же сказала, уеду учиться, жить в городе буду. А свадьба, как ты понял, откладывается.
— Эх, Аленка, снова ты сама себе врешь, — с грустью сказал Петр, — свадьбы не будет. Ты это хотела сказать? И не внушай себе, что все как-то само собой решится. Прав Глеб, я ведь говорил с ним, что все от тебя зависит.
— Петя, он не виноват, он вообще ничего не предлагал.
— Я знаю, как говорится, не хотел свинью подложить, да она сама пришла.
— Я же просила, ты отказался в город ехать.
— И сейчас скажу: город это не для меня. Не смогу я там, деревенский я мужик.
Он накинул спавший с головы Алены капюшон, поправил его: — Не простывай. И не волнуйся, беспокоить не буду. Звони, если захочешь.
Она смотрела ему вслед, кусая губы и думая, что когда-то это должно было произойти. И что послужило причиной разрыва, она и сама не знала: то ли ее жгучее желание уехать в город и жить там, или приезд Глеба, о котором теперь она так часто думала.
Баня в этот раз прошла без происшествий. Дед Иван сидел в предбаннике и пил чай с малиной. Поглядывая на часы, стучал по двери старым ковшом, призывно кричал: — Выходите! Чай заварился.
Парни выскакивали, беззлобно посмеиваясь над дедом, потом сидели, делясь шутками, вспоминая смешные случаи.
Федор приехал на другой день. – Миссия выполнена: посадил девушку на поезд, всем привет, говорит, что все хорошо. – Парень явно был доволен поездкой. – А вы тут как? В лес едем?
— Едем, отдохни хоть с дороги, — посоветовал Глеб.
— Могу, кстати, баньку растопить, там воды еще полно, — предложил Петр.
— Баньку потом, сейчас поехали на буране кататься.
Пока Федор возился с «микриком», проверяя масло, подошел Петр, братья остались наедине.
— Ну как у тебя? — Спросил Петр. — Приезжая девчонка, вижу, прямо зацепила тебя. Что говорит хоть? Также по Стасу страдает?
— Она умная девушка, все поняла, вряд ли она попытается вернуть его. И, похоже, что ей понравилась поездка со мной. Всю дорогу болтали, номер телефона дала, я уже созванивался с ней.
— Короче она тебе нравится. Угадал?
— А по мне не видно? Конечно, нравится, стал бы я микроавтобус в край гнать без причины.
— Ну а дальше что? Она же не на соседней улице живет.
— Решим вопрос, я настырный, ты меня знаешь, лишь бы согласилась, договоримся.
Петр с грустью смотрел на старшего брата: — Не хочу, Федя, чтобы как у меня было.
— А как у тебя? С Аленой что?
— Алена уезжает. Когда не знаю. Похоже, нравится ей Глеб. Да и вообще не хочет тут жить.
— Плохо, братка. Она сама сказала?
— Про город сама, а про Глеба и так понятно. Ладно, не будем о грустном. Если у тебя с этой девушкой что-то сложится настоящее, я буду только рад.
— Сложится, прямо вот хочу, чтобы сложилось. Пусть месяцок пройдет, потом или я поеду к ней, или она ко мне приедет.
— Снега нынче много, чистить замучились, — ворчал дед Иван, ну ничего, зато к урожаю. Ишь, как ветки наклонились, к земле их тянет. – Под тяжестью снега деревья стояли как исполины, сдерживающие белоснежную массу, готовую в один миг рухнуть с их зеленых плеч.
— Мужики, фотайте меня, — кричал Стас, устроившись под деревом. – Пока Петр настраивал телефон, Глеб подобрался сзади и дернул за ветку, — снег обрушился на Стаса, который был теперь похож на шевелящийся сугроб
— Глеб, зачем? Ты мне фотку испортил. – Все трое смеялись, падая в снег, потом вставали, отряхивались, наливали из термоса, малыми глотками пили обжигающий чай. По очереди катались на «Буране», накручивая круги, останавливались, фотографировались, стараясь запечатлеть мгновения, может быть, счастливых минут.
— Скоро ехать надо. Домой ехать, — сказал Стас, — загостились мы.
— Да живите сколь хотите, — предложил Федор.
— Не, мужики, мы на неделю приехали, а она уже почти пролетела. Работа ждет, да и вас отвлекать не хочется, дед Иван, наверное, с нами устал.
— Вот за деда не переживайте, ему за счастье полезным быть. Так что смотрите сами, когда надо, тогда и отвезем. Теперь уже не до райцентра, а прямо в край, на поезд, — пообещал Федор.
Наталья Ивановна долго допытывалась у Федора про Катю, сразу заметив, что не зря он ее повез. Девушка ей нравилась, но как любая мать, она переживала, что так далеко живет. В душе ей хотелось, чтобы Катя приехала к ним, но, считая ее городской, сомневалась и от того переживала.
К тому же только что выспросила у Петра про Алену, теперь уже точно знала, что до свадьбы так и не дойдет. Это расстроило ее, давно хотелось женить сыновей.
— Мам, женюсь, обязательно, обещаю.
— На ком?
— Да вон хоть на Анастасии Павловне!
— Батюшки-светы! На женщине с ребенком? Девок не хватает что ли?
— Мам, я к примеру сказал. А вообще, что ты имеешь против нашего фельдшера?
— Ничего не имею, благодарна ей, настоящий специалист, повезло нам. Но ты знаешь, сынок, женятся не на специалисте, а на человеке.
— Так разве она плохой человек? Хороший, я считаю. А насчет жениться, это так сказал, не бери в голову.
— Да уж, не бери в голову. Старший в приезжую девчонку влюбился, думаю, как теперь будет, она же за сотни километров живет. Младший хочет с ребенком взять, точно говорят: маленькие детки, маленькие бедки. Вот и выросли детки…
ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >