— А если она нас заберет? — шепот Алёнки был настолько тихим, что Настя едва разобрала его. – Мама, мне страшно!
Настя прижала к себе девочку и с тревогой оглянулась на кроватку, стоявшую в углу комнаты. Спит ли? Не потревожили ли маленького Сашеньку всхлипы сестры?
Последняя неделя для Насти выдалась тяжелой. Саша почти не спал, не слезал с рук и без конца тянул в рот пальцы. А что поделаешь? Обзаводился парень сразу тремя новыми зубами, а это дело нелегкое.
А тут еще и Алёнка разболелась. Садик – это вам не кот начихал! Есть кому и без него постараться! Уж сколько раз просили не водить больных детишек в садик, а толку никакого.
Да оно и понятно. Работать родителям надо, чтобы было, чем этих самых детишек кормить. Мало у кого возможность есть с малышами дома сидеть, как у Насти. Повезло ей, что работает на удаленке. Хотя в последнее время сдавать заказы вовремя становится все сложнее. Период такой. Детвора хоть и растет, а все же еще маленькая – то здоровье шалит, то маму им надо. Вот Настя и старается, чтобы ни Алёнка, ни Сашенька даже не вспоминали о том, что мама их бросила.
— Не плачь, Алёнушка! Все хорошо будет! – Настя закутала племянницу в одеяло поплотнее и прижала к себе. – Давай-ка, спать! Завтра будет новый день. Мы с тобой пирожки печь будем. Будешь мне помогать?
— Буду…
— Вот и славно! Что-то так пирожков мне захотелось! С картошкой, с капустой и сладеньких. А тебе?
— С вареньем…
— Будут и с вареньем! А теперь – спи! Утро вечера мудренее.
— Мам, а ты нас не бросишь?
— Нет!
Настя долго еще лежала рядом с Алёнкой, боясь потревожить чуткий детский сон, и думала о том, как порой странно складывается жизнь.
Разве могла подумать она, что в двадцать с небольшим станет матерью сразу двум малышам? Что ей придется взять на себя эту ответственность, просто потому, что больше до этих детей никому не будет дела? Что она вынуждена будет среди ночи бегать по поселку, ища смесь для крошечного Сашеньки, которому было всего несколько недель от роду, когда мама оставила его и уехала, чтобы начать новую жизнь? Что соседи поймут и помогут, взяв на себя и переговоры с опекой, и мелкие хлопоты, которые Насте были просто не под силу тогда, потому, что Алёнка все время плакала, а Саша почти не спал, заходясь криком и требуя от жизни услышать его призыв о помощи?
Все это было в прошлом, но оно крепко держало Настино сердце в кулаке, не давая забыть о том, что было. Потому, что нельзя забывать такое! Непростительно…
Дети Насте достались «в наследство» от брата двоюродного. Хотя, какая разница, какой он там был по порядку семейному? Роднее и ближе Дениса у Насти человека на свете не было!
К нему она топала, когда едва научилась ходить, раскинув руки и сияя, как надраенный пятак, слыша за спиной мамин смех:
— Никого так не любит, Дениска, как тебя! Даже мать родную! Стоит тебе появиться на горизонте, и все! Нет Настёнки! Лови ее, озорницу!
На руках у Дениса Настя засыпала сразу и без капризов. Сидела мышкой рядышком, пока тот настраивал гитару или балагурил с друзьями, зная, что ее не прогонят из взрослой компании. Там довольно быстро привыкли, что у Дениса есть «хвостик». Ненавязчивый, очень послушный, когда просили, и всегда готовый бежать за братцем хоть на край света.
И именно Денис взял на себя заботу о десятилетней девчонке, когда осталась она сиротой после ухода родителей. Не побоялся. Не отвернулся от Насти, как другие родственники, отговорившиеся тем, что своих мал-мала и проблем выше крыши.
Сам сирота, так как матери его не стало задолго до того, как Настя осиротела, он прекрасно понимал, что сестра окажется в детском доме, если он не позаботится о ней, а потому даже думать не стал. Сразу в опеку обратился, хотя понимал, что ему могут отказать. Все-таки, молодой еще совсем. Только-только из армии вернулся. А тут – ребенок!
Мамы Дениса и Настены были родными сестрами. И так уж судьба распорядилась, что не было меж ними ни споров, ни ссор, ни недопонимания. Сумели родители объяснить девчонкам, что беречь нужно подарки судьбы, если уж она расщедрилась. И коль тебе такое счастье досталось, как сестра родная, то радуйся, а не злись да ругайся. Глядишь, и на душе веселее, и поддержка какая-никакая, а будет в жизни.
Жили рядом. Большой участок, доставшийся от отца, поделили пополам честь по чести. Даже забор не ставили. Зачем? Родные же люди!
Соседи дивились на то, как сестры общаются, умудрившись и после замужества связи не потерять. Мужья их дружили.
Горести ли, радости ли – всегда вместе, всегда рядом.
Денис родился – не было у него лучшей няньки, чем тетка.
А уж когда Настёнка на свет появилась, вымоленная, выпрошенная у небес, счастью и вовсе предела не было.
Так что, Настя с Денисом науку, как жить надо, хорошо усвоили. Пусть в разное время в силу возраста, но выучили, что если человек родной, то и беречь его надо, как себя самого. Потеряешь такой подарок судьбы – второй раз она уже может и не порадовать. Остережется.
Вот почему, когда не стало родителей Насти, которые ушли один за другим от болезни, Денис не думал. Он просто сделал то, что считал нужным. Рузве мог он оставить сестру без поддержки и помощи?
Настёну Денису отдавать не хотели. Говорили, что молодой еще, свои дети будут, да и вообще – не дело это, чтобы парень девочку воспитывал.
А только, закон оказался сильнее. Денис и работу нашел, и дом в порядок привел, устранив все замечания опеки, и вообще сделал все, чтобы Настя знала – не одна она. И пусть слез на ее долю досталось больше, чем положено в ее возрасте, он хотел, чтобы сестренка знала – есть, кому их осушить и дать надежду на то, что все еще хорошо будет.
Если даже и пожалел Денис хоть раз о том, что сестру из детского дома забрал, про то никто и никогда не узнал. Да и Настя, хоть и мала была, а понимала, что брату с ней одному не справиться. Видела, как соседи помогают, понимая, какую ношу на себя Денис взял, и старалась тоже в сторонке не стоять. И готовить училась, и убирать, и по хозяйству управляться.
А как иначе в поселке-то? Не проживешь! Сад-огород, куры-утки. Дом, опять же. И к уже к своим пятнадцати Настенка так лихо со всем этим управлялась, что ее матери взрослым дочерям-невестам в пример ставили:
— Вон, Коломейцева Настёнка, хозяйка хоть куда! И в огороде ни сорняка, и в доме чисто. А ты?!
Денис сестру работой не неволил. Сам старался сделать все, что мог, когда время свободное оставалось. Да только Настя, накормив брата после работы, гнала его прочь из дома.
— Что тебе со мной тут сидеть?! Иди уже! Погуляй!
— А ты?
— А мне уроки делать надо! Ты мешаешь! Ну, Дениска! Дуй на танцы! Правильно тетя Маша говорит – не дело это, что у тебя личной жизни нет!
— Ты тетю Машу побольше слушай! Она и тебя сосватает – недорого возьмет! – смеялся Денис.
— Меня – рано! Я еще в город учиться поеду! Мы же так с тобой решили? Вот и нечего!
Старания Настины даром не пропали. Невесту Денис себе нашел.
Всем хороша была Маринка. И красивая, и умненькая, и с хитрецой, которая всякой женщине от природы дана.
Правда, не все ею во благо пользоваться умеют. Кто-то, о себе любимой день и ночь вздыхая, пустит этот талант на то, чтобы капризы свои потешить. А кто-то с умом прибережет для того, чтобы в семье был мир да лад даже тогда, когда обида или беда в дом постучится.
Маринку мать воспитывала принцессой.
— И никакой горох нам не нужен! – говорила она дочке. – Чушь это все! И так все знать будут, что ты у меня самая красивая и умная!
— Как, мам?
— А вот приоденем тебя, как следует да машину отец купит – вот и будут знать, что ты у нас богатая невеста.
— А при чем тут богатство?
— Ох, и глупенькая ты у меня еще, дочка! Это ж самое главное! Ничто девушку так не красит, как туго набитый кошелек.
— Фу, мам!
— Не фу, а слушай, что тебе мать говорит! Я плохого не посоветую! Ты у меня единственная дочка. И муж тебе нужен самый лучший!
Выбор свой Маринка сделала, да вот только не понравился он ее родным. Слишком уж простым Денис им показался. Мало того, что сам птица невеликая, так еще и с довеском. Кому такое по нраву придется?
На свадьбе у брата Настена жалась в углу, ловя на себе косые взгляды бесчисленных Маринкиных тетушек.
— Придумал тоже! Девчонку чужую взять и воспитывать! Зачем такое?
— Так, она же ему сестра!
— Двоюродная! Была бы родная – хоть понять можно. А так… Кто его знает, как они там жили? Вон она какая! Даром, что малолетка еще, а уж на ножках высоконькая и фигурка неплохая. Ох, наплачется еще Маринка! Надо было смотреть, за кого замуж собралась! Чем только думала?
— Что ты каркаешь! Может, еще сложится у них все!
— Как же! Держи карман шире! Ты думаешь, зачем он на Маришке женится?
— Любит, наверное.
— То-то, что – наверное! Карман растопырил он, вот что! За Маринкой отец хорошее приданое дает. И машина, и участок, и еще что-то. Единственная дочка! Можно и раскошелиться.
— Ой, да что ты болтаешь?!
— Что знаю, то и говорю! Прошли те времена, когда под венец по любви ходили! Всяк теперь о своей выгоде думает. Ему-то выгодно на Маринке жениться, а ей за него идти? Вопрос!
— Не наше это дело! Горько!
Гости подхватывали традиционный свадебный клич, а Настя, слушая эти разговоры, с тревогой смотрела на брата, понимая уже, что жизнь его не будет легкой.
Как ни старалась Настя не отсвечивать, довольно быстро поняв, что не по нраву пришлась новым родственникам Дениса, а все равно ей досталось…
…ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >