Тома сидела у окна старого автобуса и крепко сжимала в руках потёртую папку с документами. Автобус дёргался на каждой яме, люди вокруг раздражённо вздыхали, а водитель то и дело матерился на пробки. За стеклом тянулись серые многоэтажки, мокрые остановки и февральская грязь, от которой город казался ещё более уставшим. Тома смотрела в окно и считала про себя деньги. На карте оставалось чуть больше тысячи рублей. До зарплаты в кафе, где она мыла посуду по вечерам, было ещё две недели.
Поэтому сегодняшнее собеседование казалось ей почти спасением.
Работа уборщицей в офисном центре не была мечтой. Да у Томы уже давно не осталось никаких мечт. Но обещали стабильную оплату и официальное оформление, а это сейчас значило куда больше красивых слов. Она поправила рукав старого пальто и снова проверила телефон. Ни звонков, ни сообщений.
Только долг за комнату в общежитии висел в голове тяжёлым камнем.
Напротив сидела женщина с ребёнком лет пяти. Мальчик ел булку и крошил на сиденье, а мать даже не замечала. Тома неожиданно поймала себя на том, что смотрит на них слишком долго. Просто потому, что когда-то сама мечтала вот так сидеть рядом с мамой. Обычной мамой. Не воспитательницей, которая меняется через сутки.
Она резко отвернулась к окну.
Воспоминания накрывали её всегда внезапно.
Особенно когда становилось страшно.
Тома выросла в детдоме. Серое трёхэтажное здание с облупленными стенами она помнила до мелочей. Скрипучие кровати, кислый запах столовой, вечные драки девчонок за ерунду. Там быстро учились одному простому правилу – если хочешь выжить, не показывай слабость.
Она научилась.
Хотя внутри всё равно оставалась той самой маленькой девочкой, которая по ночам тихо плакала в подушку.
Когда Томе было десять, в детдом привезли новую девочку. Худенькую, рыжую, с огромными испуганными глазами. Её звали Варя. Она почти ни с кем не разговаривала и вздрагивала, если кто-то повышал голос.
Девчонки сразу начали над ней издеваться.
– Смотрите, мышь приехала, – хихикала старшая Лариска.
Варя молчала и только сильнее сжимала ручки старого рюкзака.
Тома тогда неожиданно для самой себя подошла и сказала:
– Отстаньте от неё.
Лариска фыркнула.
– А то что?
– А то по морде получишь.
После этого они с Варей стали держаться вместе.
Автобус резко затормозил, и Тома дёрнулась от воспоминаний. Папка едва не упала на пол. Она тяжело выдохнула и посмотрела на часы.
До собеседования оставалось пятнадцать минут.
Офисный центр оказался огромным стеклянным зданием возле набережной. Внутри пахло кофе, дорогим парфюмом и чистотой. Тома чувствовала себя здесь чужой. Слишком дешёвое пальто, слишком старые ботинки, слишком усталое лицо.
Она подошла к стойке администратора.
– Мне на собеседование… в клининговую компанию.
Девушка за стойкой даже не посмотрела на неё толком.
– Шестой этаж.
Лифт поднимался медленно. Тома смотрела на своё отражение в зеркальной стене и вдруг подумала, что выглядит лет на десять старше своего возраста. Хотя ей было всего двадцать семь.
Просто жизнь быстро стирала молодость.
В приёмной сидели ещё две женщины. Одна громко говорила по телефону, другая нервно листала объявления о работе. Тома села в угол и попыталась успокоиться.
Но сердце всё равно билось слишком быстро.
Через несколько минут дверь кабинета открылась.
Из неё вышел высокий мужчина в тёмной рубашке. Он что-то говорил секретарше, потом поднял голову…
И Тома замерла.
Мир словно резко провалился куда-то вниз.
Она узнала его сразу.
Хотя прошло почти пятнадцать лет.
Мужчина тоже застыл.
Несколько секунд они просто смотрели друг на друга…
ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >