— Александра Яковлевна, может помочь?
— Проснулась? Недолго же ты спала. Как птичка на ветке прикорнула и тут же встрепенулась. – Александра вздохнула. – Чем ты поможешь? Сама управляюсь, сыновья приезжают, когда с работы вырвутся. Старший рыбалку любит, младший поохотиться, только это изредка, работают оба, невестки тоже днями на работе. Такая вот сейчас жизнь в городе, мимо пролетает как поезд-экспресс.
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
— А я их ни разу не видела, ваших сыновей.
— Ну, так не знались сколь лет, не общались, вот и не видела. Вон альбом, там старший Андрей и Димка младший, посмотри фотографии. Я им говорю: мне ваша электроника не нужна, вы мне давайте фотографии напечатанные, а ваши телефоны-смартфоны – один туман, было, и нет. А фотографию в руки берешь, чувствуешь ее, — так что я по старинке.
— Александра Яковлевна, а это внуки ваши?
— Ульяна, можешь просто тетей Шурой звать, тетка все же я тебе.
— Хорошо, Александра Яковлевна, хорошо, тетя Шура.
— Ты на кого училась-то?
— Экономист я, только сейчас не работаю, сократили в фирме.
— Ишь, взяли моду, чуть что – сокращать! Не переживай, найдешь работу, ты вроде толковая. Только не тяни с этим, тебе в декрет идти. И мать у тебя была толковая, а отец у тебя так вообще умным был…
— А вы хорошо знали папу?
Александра перестала крошить лук, от которого стали слезиться глаза. – Сначала думала, что хорошо знала, а потом поняла, что и не знала вовсе. Но то, что специалист хороший, точно знала. Ладно, скоро щи будут готовы, обедать надо. А потом в магазин схожу, вроде разъяснивается, к вечеру, может, подсушит.
— А мне с вами можно?
— Можно, село хоть посмотришь, как-никак бабушка твоя тут жила.
После обеда и, правда, от солнца, пробивавшегося сквозь лохмотья туч, стало веселее.
— Здравствуй, Шура, — поздоровалась попавшаяся навстречу женщина, — с кем это ты, — она с любопытством разглядывала Ульяну.
— Доброго денечка, Наташа. Племянница моя, погостить приехала.
— А кто такая? Не припомню что-то.
— Ульяна, дочка сестры моей Лидии.
Наталья остановилась, приготовившись поговорить и узнать больше. Но Александра, не останавливаясь, прошла мимо, показав, что не намерена откровенничать. Так Наталья и осталась в неведении, смутно вспоминая неприятную историю младшей сестры Лидии.
— Жаль, что мы не приезжали сюда, — сказала Ульяна, — здесь хорошо, горы красивые, лес рядом и воздух особенный, дышится легко.
— Ну, вот и подыши, на пользу пойдет. Только все равно скучно здесь, скучаешь, поди, по городу по подружкам?
— Вчера очень скучала, уехать хотелось, сегодня как-то легче. Я вас долго не стану обременять, домой вернусь.
— Договорились же, что поживешь несколько дней, вроде привыкаю к тебе, может к тому времени твой полоумный Эдик отвяжется от тебя. А поначалу так совсем дико было, как первый раз увидела. Понять не могла, чего приперлась ко мне, чего надо. Ну, теперь понятно…
Магазин гордо назывался «супермаркетом», — само бетонное здание сохранилось с советских времен, и по-прежнему было прочным. Яркими вывесками его «осовременили», придав модный вид.
— Так, Ульяна, говори, чего хочется, фрукты может купить.
— Так я сама куплю, тетя Шура, у меня есть деньги, правда, есть, — и она с радостью открыла сумочку. – Ой, теть Шур, вот раззява, я же вам подарок привезла и напрочь забыла про него. У меня же в сумке платок для вас и коробка конфет!
Александру удивили не подарки, а слово «раззява», — часто они с Лидой в детстве слышали это слово от матери; и то, как сейчас сказала Ульяна, напомнило что-то далекое, родное.
— Ну, правда, как можно было забыть? Это же сразу надо было вручить вам.
— Ну, так будет еще время, подарок никуда не денется.
_____________________
Прошло еще три дня. Установилась ясная погода с заморозками по ночам и зябкими вечерами. Ульяна выходила днем, вдыхая смолистый воздух, прогуливаясь чаще до магазина, больше ходить особо некуда было. Утром в пятницу Александра ушла к своей давней подруге Валентине, обещала молока козьего дать. Ульяна тем временем, взяв хозяйственную сумку, решила купить хлеба и отправилась в местный супермаркет.
— Ладно, ты уже тут все знаешь, сходи без меня, — Александра свернула на соседнюю улицу, направляясь к дому Валентины.
— Ну, как твоя племянница? – Спросила хозяйка, принимая банку с молоком.
— Да вроде не жалуется, живет себе…
— Ты про Лидку-то сказала? Знает, почему не общались?
— Может и догадывается, но я не говорила. Беременная она, зачем ей наши старые дрязги. Хотя поначалу, как только появилась она, снова все вспомнила, как будто вчера было. Потом вроде прошло, успокоилась я, да и она девчонка неплохая, только запутано у нее в жизни.
Часа через два Валентина вызвалась проводить подругу, заодно и прогуляться. – А пойдем теперь до меня, познакомлю тебя с племянницей, увидишь, какая у Лидки дочка выросла,- предложила Александра.
— Так и будем провожаться, — рассмеялась Валентина, — ладно, пойдем.
Дозор встретил, виляя хвостом, проводил до крыльца, и Александра «уперлась» взглядом в замок, чего не должно быть. – Неужели еще не пришла? – Хозяйка беспокойно достала ключ. Первым делом заглянула в зал, где должна быть дорожная сумка Ульяны, и, увидев, что стоит на месте, успокоилась.
— А где же племянница? – Спросила Валентина.
— Так вот и я думаю, где она может быть, столько времени в магазине делать нечего. Вот еще не хватало, думать, куда она пошла. Знакомых никого нет, родственников, кроме меня, тоже никого. Слушай, Валя, пойду я до магазина схожу, беспокоюсь за нее.
— Так и я с тобой.
На улице Александра оглядывалась по сторонам, надеясь увидеть знакомую фигурку Ульяны в светлом пальто и шапочке. Но кроме Натальи никто не попался. – Шура, — окликнула она, — ты, что, всю родню к себе позвала?
— Какую родню?
— Еще родственник к тебе приехал, правда, будущий. А ты не знаешь что ли?
— Какой родственник? Говори уже, не тяни.
Наталья натянула капюшон, чувствуя, что ветер просвищивает сквозь вязаную шапку, подошла ближе. — Так вот, часа два назад, на остановке то ли парень, ну или мужик молодой, не разглядела я, адрес твой спрашивал, говорит, где улица Сосновая, и номер дома твой назвал. Спросил, не приезжал ли к тебе кто-нибудь в эти дни. Я говорю, кроме племянницы Ульяны, никого не видела.
— А сам-то он кто? Чего сказал?
— Говорит, жених твоей племянницы, вместе хотели ехать, да разминулись.
— Эх, Наташка, не помощник ты Штирлицу, всё первому встречному рассказала, — Александра смотрела по сторонам, думая, куда бежать.
— А чего не так я сказала?
— Ладно, Наташа, все так, ты тут ни причем. Ну что, Валя, иди домой, а я на поиски, как говорится, не было хлопот, да набежал народ.
— Так может и впрямь жених ее приехал, раз адрес знает.
— В том-то и дело, что нет у него адреса, не должна была Ульяна сказать ему, она ведь от него и сбежала, если это тот, на кого я думаю.
Из дома напротив вышел Николай Григорьевич, все в той же неизменной шапке-ушанке и куртке. – Яковлевна, чего такая беспокойная?
— Ой, погоди, Григорич, не до тебя сейчас.
— Ты часом не племянницу ищешь?
— Да ее, конечно.
— А я думаю, что за мужик прицепился к ней, сначала показалось, просто разговаривают. А потом, смотрю, она от него, а он за ней, так и ушли в переулок, он ее за руку хватает, а она руку отдергивает…
— Да что же ты не вышел?
— Вышел, а они уже ушли, я думал, к тебе пошли.
Александра, махнув с досады рукой, почти побежала к дому. – Не оставлю тебя, — Валентина шла следом, — надо участковому заявить, пусть разберется, кто это приехал.
— В районе участковый, звонить надо, — Александра распахнула кладовку, включила свет и достала, завернутую в мешковину винтовку.
— Шура, брось, не вздумай! – Валентина испуганно схватила Александру за руку. – Не ходи одна.
— Валя, иди домой, еще раз позвони участковому, а я на трассу через лес, так ближе. Кроме как на попутке уехать им не на чем, автобус только утром приходит. Боюсь, что не жених это вовсе, а тот, от кого она бежала. Раз вещи на месте, то не по своей воле ушла.
— А если он на машине?
— Тогда совсем плохо. Но не думаю, дорога у нас не ахти, вряд ли на машине поехал бы… А с трассы нет проезда, так что все сходится.
— Яковлевна, чего случилос? — Николай Григорьевич уже стоял у ворот. — Потерялась что ли племянница? А ружье зачем?
— На волка, Григорьич, на волка. Иди домой!
— Так может вместе, я мужиков позову.
— И правда, Шура, — Валентина смотрела умоляюще, — сколь людям ты помогла, а как у тебя беда случилась, прими помощь.
— Не кликай беду, может все обойдется. А народ не зову, потому как рисковать не хочу людьми, неизвестно, кто там с ней.
…ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >