-Валерка, ну что ты за человек, такой, а?
-Что опять не так, мама?
-Да то, то ты не знаешь…
-Не знаю, мам…
Перепалку соседей слушала Надюшка, девчонка — подросток, с косами по колено, россыпью веснушек и чуть раскосыми глазами.
Валерку она знала хорошо, катал Надюшку в детстве на велосипеде, кукол чинил, дудочку однажды вырезал из дерева, сказал, что флейта мол, волшебная, только прислони к губам, когда тяжёлая ситуация и вмиг он, Валерка появится.
В армию когда уходил Валерка, девчонка ревмя ревела, как же, друг уходит, уезжает на целых два года.
-Ну ты чего, кулёма? А ну не плакай.
— Агааа, тебя целых два года не будет.
-Я же приеду, Надюшка.
— Приедешь…А пока ты там прохлаждаться будешь, меня тут Гринька с Саней обижать будуууут.
-Ну, ты у меня такая, боевая подружка, сама кого хошь обидишь. А если они, засранцы, надумают обидеть тебя, — говорит Валерка, глядя на пацанов, что прислонили свои велосипеды к ограде и сидят на лавочке у соседнего дома, — я из армии приду и ухи им откручу, обоим, понятно?
-Да, — шепчут мальчишки.
-Не слышу, понятно?
-Понятно, — кричат оба.
— Смотрите мне.
-Я в дудочку подудю если чего…
-Ты что, Надюшка, нельзя так, я же буду обязан явиться сразу же к тебе, а мне нельзя я же в армии, а это, брат ты мой, Надюшка дезертирство уже. Так что не дуди, пока я служить буду, так запоминай, а я приеду и разберусь, всем ясно?
-Да!- кричат мальчишки.
— Смотрите мне, Надюшку чтобы не обижали, чтобы ни одна волосинка с головы её не упала поняли, охраняйте её…словно царицу…
-А какую царицу, Валер, — спрашивают осмелевшие мальчишки, понявшие, что ухи им обрывать Валерка пока не будет оттого и подошли поближе, чтобы не перекрикиваться.
-Какую царицу? А Надежду…
-Так нет вроде такой царицы…
-Ну нет, так будет…
— Это кто, Надька что ли царица, — смеётся Санька, Гринька побаивается, так, лыбится…
-Надюшка да…Сейчас смеётесь, лет через пять погляжу как называть её будете, царица или богиня, — усмехается Валерка…
Ах, как же ждала Валерку из армии Надюшка, следила за Олькой Полянкиной, как наказывал Валерка, невеста его Олька была.
Плакала, висла на плече солдатском, в армию провожала.
-Смотри, Олька, Надюшка с тебя глаз не спустит, поняла?- говорит на проводах Валерка своей невесте, — я верю тебе, Олька.
-Да что, ты, Валерка, — плакала размазывая тушь Олька Полянкина, — да что ты говоришь -то такое, да я…да мне…
Надюшка слышала девчонки шептались что мол, всё серьёзно у них, у Валерки с Олькой -то…
— Всё было, — закатив глаза, заговорщицки шептала Верка, младшая сестра Ольки.
Что такое это — всё было, Надюшка не знала, но отчего-то сосало при этом под ложечкой и в животе всё переворачивалось.
Следила за Олькой, проходу ей не давала.
-Ты чего прицепилась ко мне, как клещ?- сердилась Олька Полянкина на Надюшку, — чего тебе надо от меня?
-Мне Валерка сказал, следить за тобой…
-Да я и так, как монашка, сижу дома, отстань от меня, цербер, блин.
-Ага как монашка, а кто с Генкой Сойкиным хихикал стоял? А?
— Оооо, — взвыла Олька Полянкина, да мы одноклассники, десять лет за одной партой сидели…
Не спускала глаз с Ольки Надюшка.
А писем как ждала, ууу, как пройдёт почтальонка, тётя Нина, так бежит Олька к Завьяловым, тётя Катя, мамка Валеркина, обязательно заставит Надюшку читать письмо, а то у неё слёзы глаза застилают.
В каждом письме Валерка приписку для Надюшки делает. А когда тётя Катя пишет Валерке ответ, она обязательно даст Надюшке в конце написать, а как же…
Караулила Ольку Полянкину Надюшка, шибко караулила да не укараулила…
Укатила невеста Валеркина, Олька Полянкина, в город, за городского замуж выскочила…Вот тебе и любовь безграничная в коей клялась Валерке, Надюшка сама слышала…
Не стали писать в армию Валерке, боялись за него…Ольку тётя Катя слёзно просила не писать и из друзей никто не написал, благо оставалось Валерке немного дослужить.
Пришёл…мамочки родные, ещё красивее стал, медаль у него, значки разные, фуражка на затылке, чуб вьётся, ремень спущен, аксельбанты белые, висят, сапоги начищены до блеска, гармошкой сжаты, ммм…
Надюшка чуть с забора не упала.
Стоит, стесняется, побежала было, да встала…
-Ты чего Надя, беги, Валерка же, — говорит тётя Катя.
Иииих, как рванула бежать, косы под коленками бьются, Валерка присел, руки расставил, как прыгнет на шею…
-Ого, ну ты кулёма моя и выросла, дай гляну на тебя…Вот это да, да ты уже пол невесты, Надюшка! Как Саня с Гринькой? Не обижали тебя?
-Нее, — мотает головой — не обижали…Они за мной следят, как ты и велел…
Встала, платье поправляет, застеснялась, большая уже.
-Сколько тебе, кулёма?
— Двенадцать.
-Ну то я и говорю, пол невесты уже…
Пришли друзья, родственники, соседи, встречать солдата…
-А где же Олька? — всё спрашивает Валерка.
Прячут все глаза, молчат, да отговариваются, ну а как выпили…то и рассказали…
Ух какая тишина повисла, знатная.
Все боялись, как отреагирует Валерка.
А он ничего, помолчал, достал «Шипку» из пачки, постучал ей по ногтю задумчиво.
-Не дождалась значит, замуж вышла…ну что же…будем жить дальше.
Встал, из-за стола вышел, пошёл курить на улицу, все притихли.
— Веселитесь, чего вы…- крикнул в открытую дверь.
Закурил, сел на ступеньку крыльца, Надюшка стояла рядом, на расстоянии вытянутой руки.
Испытывала девчонка чувства неизвестные, хотелось руку протянуть и по волосам потрепать, к себе прижать, в животе всё переворачивалось, до тошноты…
-Вот так, друг мой, Надюшка…а я ведь любил её… да чего там…и сейчас люблю…а сделать- то ничего нельзя,вот такие дела, кулёма…
-Я смотрела за ней, Валер…как ты и наказывал, — девчонка чуть не плачет, она чувствует себя ответственной за то, что произошло, это она не укараулила Ольку Полянкину, — ты прости меня, Валер…
-Ах, ты, душа моя, — протянул руку, усадил девчонку рядом, — замёрзла, кулёма?
-Нее, — стуча отчего-то зубами говорит Надюшка.
— На — ка, вот, — снимает с себя китель и на плечи Надюшке накидывает.
От кителя пахнет одеколоном, табаком и Валеркой, девчонка втягивает в себя этот запах и у неё кружится голова.
— Никогда не делай так, поняла?
-Как, Валер, — спрашивает, а сама трясётся, боится, что понял Валерка, как она запах его впитывает, дышит им.
— Никогда не обещай того, что не сможешь исполнить, ясно?
-Ага.
-Эх, Надюшка моя…вырастишь скоро не будешь уже своему Валерке на шею прыгать и защищать тебя не надо будет…
-Почему это?
-Да потому, найдётся тот, кто тебя в обиду не будет давать…А ежели будет обижать, то я ему задам…Пусть знает, что есть у тебя заступа, поняла…Надежда?- первый раз так назвал её Валерка, по — взрослому Надежда. Ни Надюшка, ни кулёма, а Надежда…
-Не нужен мне никто, — вспыхнула девчонка, чуть было не вылетели слова с языка, те, запретные, да вовремя прикусила язычок, насупилась, слёзы закапали, горячие, крупные, прямо на коленки содранные, с велика упала Надюшка…
— Плачешь что ли, Надюш?
-Неа, — шмыгнула носом.
-Не плачь мой дружочек, моя Надежда, мы ещё всем покажем…мы ей докажем, пусть видит…на кого променяла Валерку…
И, как начал Валерка кому -то показывать да доказывать…
Вот из-за этого тётя Катя ругала Валерку, а Надюшка слушала и…плакала.
Жалко ей было парня, ну вот так Олька Полянкина с ним плохо поступила, а он теперь словно неприкаянный…
— Другие вон, с армии поприходили обженились, Витька Сидоров дому же отстроил ребёнок подрастат, а ты всё козлыкаешь…Ну что это такое Валерка…
-Мам, да всё хорошо…я всё сделаю как надо…
— Когда уже? Я всякую надежду потеряла, чес слово, почему у меня всё ни как у людей…Да что такое-то, а?- причитает тётя Катя, два года ждала с армии, скока слёз пролила, токма Надюшка и знает…А теперя кажную ночь переживаю…Валерка, ну когда уже угомонишьси ты?
Ну сдалась тебе эта вертихвостка, эта Олька?
Что ли девок мало?
Погляди, у Синицыных, Томка кака девка справна, выправилась, ты глянь?
-В том -то и дело, мам…что справная, да Томку в плуг заместо лошади впрягать можно…Я сам разберусь, мам…кто мне нужен хорошо?
И вообще, мам…я на север поеду, к дядьке, он там зарабатывает хорошо, да и может встречу кого…
-Что ты? С ума сошёл, Валерка?Какой север ты что?- плачет тётя Катя, плачет под кустом сирени Надюшка.
-Мам, да что такое, гуляю — не нравится, хочу за ум взяться то же не нравится…Ты уже определись, чего тебе хочется?
-Куда езать -то, Валерка? Чего искать? От себя не убежишь…
А я и не бегу, мам, я найти хочу, то что потерял.
— Ольку, что ли, Валерка?
— Да на чёрта она мне сдалась, Олька ваша, мам…я надежду потерял, понимаешь…надежду…мне всё пусто, всё пресно, мама.
Я ведь как думал?
Приду с армии, отгуляю месяц на гражданке, как все, покуражусь, а потом на работу пойду воителем, женюсь дом построим с батей и братьями, колхоз поможет.
Дети родятся, всё как у всех думал будет, мама…А она…она отняла у меня эту надежду понимаешь…
Я же всё распланировал ещё со школы…мы же с ней, мамка, планы строили, мы детям имена выбирали, а на…
-Ну, ну, сынок, всё хорошо, встретишь ты ещё свою судьбу,главное ты прав…не теряй надежду…
Слушает Надюшка, а сердце у девчонки трепещет словно синица в силках, вот бы…Вот бы Валерка не женился, дождался бы ей, Надюшку…
Лелеет Надюшка свою надежду…плачет, глотая горькие слёзы не понимает что с ней случилось такое, а случилась любовь…первая, горькая, что оставляет после себя послевкусие горечи либо радости светлой, у кого как…
У Надюшки вот горькая, угораздило влюбиться в парня старше себя…
Плачет девчонка,не знает , сколько ещё испытаний ей придётся вынести…Но всегда есть хоть небольшой шанс, пока жива надежда.
…ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >