— Дед Иван, открой, это я, Андрей! Вернулся я.
— Андреюшка, заходи, видно побывал ты у Аверьяна, раз ко мне заглянул.
— Доброго здоровья, Иван Макарович, да лучше бы я к нему не заглядывал…
— Что, прогнал тебя? Сказать-то ему нечего. Лизу замуж за Афанасия хотел выдать, а он в отцы ей годится… увез я Лизу в надежное место.
— Куда, Иван Макарович? Душа болит за нее.
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
— Будь спокоен, место надежное, переночуй у меня, а завтра отправлю тебя к Лизе. В Красномыское увез ее, — дед Иван поймал взгляд Андрея, — ну да, понял я, не знаешь ты еще наши края толком. Садись, поешь, да спать ложись, завтра все расскажу.
— Да вы мне сегодня скажите, как она? Ждет ли?
— Экий ты беспокойный. Кабы не ждала, разве стал бы я ее прятать?! Отправлю тебя завтра с Матвеем Захаровым, он в волость едет. Только тебе до самой волости не надо, тебе верст за пять надо влево свернуть. Да Матвею, не говори, что в Красномыское идешь, скажи, что в Елисеевское надо, а то сболтнет Аверьяну по случаю… Ну вот, значит, на том и порешим.
Лошадка бежала резво, и Андрей радовался, что дорога к Лизе становится все короче. Матвей, кряжистый, бородатый, мужик, оказался балагуром, и всю дорогу занимал Андрея разговорами. – Ну, вот тут тебе до Елисеевского недалече, было бы по пути, вместе бы добрались…
— Да что вы, и на том спасибо, — Андрей подхватил холщовый мешок и, поблагодарив возницу, отправился в другую в сторону.
___________________
Дом, где жила Ольга Антоновна, Андрей узнал сразу, — один он здесь такой. Удивительно было увидеть Лизу за столом, старательно выводившей буквы.
— Лиза, — шепотом позвал он…
— Это кто еще? Новый ученик? – Ольга Антоновна увидела постороннего.
— Андрей… — Девушка кинулась к нему, забыв о занятии. – Андрей! Дождалась! – Она оказалась в его крепких руках, прильнув к груди.
— Лиза, не надо мне больше никакого золота, ты – мое золото, нашел я тебя.
— Ну и слава Богу, — вздохнула хозяйка усадьбы, — так и должно быть. Сберег себя, значит и Лизу сбережет.
Неделю Андрей жил на усадьбе, помогал заготовить дрова, наладил крыльцо, убирал двор. – Оставьте, Андрей Игнатьевич, — просила хозяйка, — Мефодьевич приедет, подлатает, он всегда помогает мне.
— Да что же ждать его, хочется мне отблагодарить вас, — Андрей отложил топор, — великодушный вы человек, Ольга Антоновна, век вам буду благодарен за Лизу.
— Ну что вы, не благодарите, мне это в радость.
— Уедем мы скоро с Лизой. Иван Макарович благословил, так и вы благословите.
— Куда же поедете?
— В город податься думаю, а там на родину, в свою губернию, маменьку повидать.
— Святое дело, Андрей Игнатьевич. Прими тогда от меня на дорогу сбережения малые, пусть будет Лизе как приданое.
— Ольга Антоновна, вы и так меня одели, таких платьев у меня никогда не было. Ночами перешивали…
— Это я от чистого сердца, Лизонька, прими от меня в дар.
Прощались со слезами. Ольга Антоновна полюбила Лизу как родную. За то короткое время, что была она у нее, училась грамоте, смотрела, как раны обрабатывает и перевязывает. – Правильно, Лиза, пригодится, — говорила хозяйка, — запоминай, учись.
— А вот и Мефодьевич, — Ольга Антоновна увидела своего помощника, — до волости довезет, а там уж сами. – Ну, храни вас, Бог, — она перекрестила Лизу и Андрея.
_______________
— Вот там, на площади, знаю, бывает, возницы стоят, кто-то почту везет, кто-то товар какой, давай попросимся, — предложил Андрей.
— Давай, авось повезет, — согласилась девушка, оглядываясь вокруг. Далее волостного центра она нигде не бывала, потому и смотрела вокруг с опаской. – Вроде никого нет, может подождать…
— Да, Лиза, переждать придется. У Ольги Антоновны хорошо, да всю жизнь не будешь гостить, пора и честь знать. Давай в трактир зайдем, ты проголодалась, поди. – Лиза ни на шаг не отставала от жениха. Сняла полушалок, как вошли в помещение, хоть и было там прохладно. – Ох, Андрюша, скорей бы уехать, а то как-то боязно мне.
— А не бойся, со мной ведь, Аверьян сюда не доберется, он, поди, золотишком трясет, мечтает о доме новом… — Андрей заметил знакомый силуэт, показалось, что Кирька вышел из трактира.
— Ты чего, Андрейка? Увидел кого?
— Не знаю, может, показалось… ты ешь, Лиза, ешь.
Из трактира вышли, и сразу заметили возницу, укладывающего груз. – Погоди, спрошу, может, по пути.
— Куды собрался, мил человек, да еще с такой кралей?
Андрей услышал позади себя сиплый голос, который ни с каким другим не спутаешь. – Стой, а то девку твою порешу. Иди вон к той избенке, там и поговорим.
— Чего тебе надо, Ворон? Я ничего тебе не должен.
— Иди, иди, там узнаешь.
У небольшой избы стояла повозка, в которой сидел Сухоня.
— Ворон, говори чего надобно. – Спросил Андрей, держа дрожащую Лизу за руку. Невесту мою отпусти, а там и поговорим, видишь, боится она.
— Пущай боится, сговорчивей будешь, — с усмешкой ответил Васька Ворон. – Видишь, Лопаты с нами нет, убёг Лопата… а мне человек нужен. А лучше тебя не найти, чутье у тебя, Воробей, на золотишко.
— Не надо мне золота, отпусти нас, Ворон, не с тобой я.
— А я с тобой, — расхохотался Ворон, толкнув Лизу в повозку, — прыгай в повозку, золото едем добывать. В последний разок, а потом уходим, а то большевики скоро прикроют нашу лавочку. Вот и хочу куш сорвать. У тебя, Воробей, чутье на золото, как у собаки нюх, находишь легко. Помоги еще разок и иди себе на все четыре стороны.
— Слушай, Ворон, отпусти невесту мою, она нам только мешать будет, да и не выдержит она в тайге.
Лиза тихо всхлипывала от страха за себя и за Андрея, в то время как Сухоня держал ее в своих жилистых руках.
— Нееет, Воробей, с девкой ты сговорчивее будешь, есть за что работать. Отработаешь – отдам девку, а не согласишься – пеняй на себя. – Гони, Сухоня, едем к реке.
Уже на выезде в повозку запрыгнул Кирька. – Здорово, — буркнул, стараясь не глядеть на Андрея.
— Не плачь, Лиза, никто тебя не тронет.
— А это как получится, — с усмешкой сказал Сухоня.
— Замолкни, — огрызнулся Андрей. – Хотите, чтобы помог, не трогайте ее, а то не видать вам золота вовек.
— Ну-ууу, раздухарился, — рассмеялся Васька, — не пугай, пуганые, не на твоей стороне силушка. – Слышь, Кирька, коня отведи Федьке Мокрому, а сам нас догоняй, — распорядился Ворон.
— Андреюшка, куда же мы? – Плакала Лиза.
— Потерпи, Лизонька, молчи, не говори ничего.
— Уймись, девонька, походишь с нами, понравится тебе, — посмеивался Васька.
— Ну и куда идти? – Спросил Андрей.
— Думай, Воробей, думай, вверх по реке ли пойдем или к заброшенным штольням.
— Лучше вверх по реке, — согласился Андрей, — все сделаю, сколь надо буду на тебя работать, только отпусти Лизу, ради Бога, отпусти. Пока она здесь, никуда не пойду.
— Отпущу, как только место золотоносное найдем.
— Так это не скоро может быть, никто не знает, когда оно найдется. А чего девчонке по тайге с нами ходить.
— Ничего, пусть ходит. Если хочешь, чтобы ни один волос у нее головы не упал, делай, что говорю.
— Ну, тогда хоть руки мне развяжи, как же я связанным золото буду искать. И еще: пусть Лиза рядом будет, боится она.
— Никак согласен? – Спросил Ворон.
— А куда деваться, раз попал в твои когти. И еще условие: хоть крупицу золотишка выдели, когда найдем, я ведь тоже хочу разжиться.
— Ай да, Воробей, умеешь быть сговорчивым, я же говорил: золотишко манит, раз потрогал, не забудешь.
— Прав ты, Ворон, невеста есть, а денег нет. Прошлое-то золотишко умыкнули у меня, так что может и хорошо, что встретились. Ну, отпусти Лизу, пусть возле меня будет, не пугай девку мою.
— Была твоя, будет наша, — хихикнул Сухоня.
— А по зубам? – Рыкнул Васька.
Сухоня прикрыл рот ладонью: — Так у меня и так они наперечет.
— Вот и не высовывайся.
Шли почти полдня. Наконец, усталые, опустились на поваленные стволы. Андрей придвинулся к Лизе, обняв ее. – Что будет, Андрюша? – Испуганно зашептала она.
— А ничего. Найдем золото и выберемся отсюда. – Громко сказал Андрей, чтобы слышали остальные.
Артельщики достали съестное, жадно накинулись на еду. – Садись, а то с голоду ноги не пойдут, — предложил Ворон.
— Я бы сел, да невеста моя боится. Ты, Ворон, позволь, мы тут пожуем, у меня в мешке с собой немного хлеба.
— Ладно, поворковать хочешь, дозволяю, — разрешил Ворон, подобрев от куска сала.
— Лиза, когда пойдем, держись рядом, ни на шаг не отступай. Воон там дерево поваленное… как до него дойдем, сразу в сторону, слышишь, речка шумит, на ее шум беги, никуда не сворачивай. Там обрыв будет, так ты спускайся, где склон пологий.
— А ты?
— Я догоню. Ты только беги, беги изо всех сил. Не переживу я, если тебя не спасу. Беги и не останавливайся.
Артельщики поднялись, собрали пожитки, взяли инструменты и подались дальше.
— Не отставай, Воробей, — Васька оглянулся, — ружьишко-то у меня наготове.
— И так иду, я же не один, у девчонки моей силенок мало, так что ты не серчай, догоним.
— Слышь, Ворон, речка шумит, — прислушался Кирька.
Ворон остановился, отвлекся и не заметил, как Андрей с Лизой кинулись в сторону реки. Остановился, крикнув Лизе: — Беги! – Схватил увесистую толстую ветвь среди валежника и со всей силы попал ею по ногам Сухони и Ворона. Васька быстро поднялся, схватил ружье…
— Дай, я сам его осажу, — Кирька оказался рядом и выхватил ружье у Васьки из рук, — я догоню, у меня глаз — алмаз, — крикнул Кирька.
— Не промахнись, не промахнись, — кричал вслед Ворон, — вместе с Сухоней они погнались следом.
Кирька слегка прихрамывал, нога еще с прошлого раза не зажила, но опередил Андрея, срезав путь к реке. Лиза в то время почти кубарем катилась по склону, цепляясь одеждой за камни и ветки. Андрей остановился, чтобы задержать преследователей и оказался лицом к лицу с Кирькой.
— Спускайся, — сказал Кирька, — тут пологий склон, а ей уже не поможешь, не там она скатилась, — он кивнул вниз, указав на Лизу. – Ну, беги же, а я вверх выстрелю.
Андрей, еще не поняв, верить ли Кирьке, бросился вниз. Раздался выстрел, потом другой.
— Кажись, попал, — сказал он, когда нагнали их Ворон и Сухоня.
— Кажись, — передразнил Васька, — иди и проверь.
— Да что ты, Ворон, тут крутизна, покалечиться можно, сказал же – попал. Не боишься, так сам лезь.
— Я те полезу…
— Ну, так и меня не заставляй, а то с кем останешься.
Андрей нашел Лизу внизу, на камнях. Она лежала не шевелясь, только шевелила губами, пытаясь что-то сказать. – Счас, Лизонька, счас, — он подхватил девушку на руки, — нам бы только речку перейти, она тут небольшая, да уж больно быстрая, терпи, милая, терпи. – Андрей смотрел под ноги, чтобы не споткнуться, не уронить драгоценную ношу. Крупинки золота сами попались на глаза, блестя и дразня.
— Точно, золото! И здесь золото, — он наступил ногой, чтобы заглушить этот блеск, — уйди, треклятое, видеть тебя не могу. – Он даже не наклонился, а нес девушку, боясь поскользнуться.
— Лизонька, да тут и до прииска недалече, авось выберемся, ну скажи хоть слово, не оставляй меня, я же к тебе столь тысяч верст ехал, в поезде чуть не сгинул… а потом стреляли в меня.. тебя увидел, подумал, не напрасно, лучше пулю стерпеть, чем с тобой не встретиться. Что же я матушке твоей скажу, как в глаза деду Ивану взгляну…
Так и шел, разговаривая сам с собой, чувствуя, что жива еще Лиза.
Прииск показался безлюдным, и Андрея охватило еще большее смятение. Потом появился десятник, которого он помнил еще с той поры, когда работал на прииске. – Эй, погоди, есть кто живой…
Из конторы вышел мужчина, на лице блеснули стекла очков. – Помогите, ради Бога, — Андрей подошел ближе.
— Вера, Вера Кирилловна, захвати инструменты, помощь нужна. — Крикнул мужчина в очках.
— Так, сюда, сюда несите, вот здесь, на лавку нужно положить, — хрупкая женщина отдавала четкие команды мужчинам, — а теперь выйдете…
— Пойдемте, Вера Кирилловна осмотрит девушку.
Андрей опустился на скамью возле конторы, плечи его тряслись. – Простите, Дмитрий Алексеевич, что сбежал тогда. Обманули меня, а вернуться испугался.
— Погодите, что-то припоминаю, — горный инженер Карташов стал вглядываться в лицо Андрея. – Ну, так и есть, вспомнил вас, голубчик. Во время пожара исчезли вы. Я уж грешным делом думал, жив ли молодой человек…
— Жив я, только невесту свою не уберег, дорога она мне больше жизни. Простите, если можете…
— Да какое уж там, — Карташов махнул рукой, — будем ждать, что Вера Кирилловна скажет.
Вера тем временем вышла к мужчинам. – Раны я обработала, они несерьезные, но надо следить, чтобы заражения не было. А то, что молчала она, так это страх ее сковал. Хотя, надо сказать, крепкая девушка оказалась.
— Так я зайду? – Подскочил Андрей, забыв о боли в спине.
— Дайте же я вам рану перевяжу, а потом идите к девушке, она ваше имя повторяла: Андрей…
Погодите, что-то лицо мне ваше знакомо.
— В поезде мы с вами встретились, может, помните, — признался парень
— Ну, конечно же, это ведь тот самый Андрей… Игнатьевич, спаситель мой. Митя, это же тот молодой человек, который от бандитов меня уберег…
— А ведь он мне ничего не сказал тогда, — Карташов одобрительно пожал Андрею руку.
…ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >