С утра капитан Мошкин, взяв с собой группу специалистов, умеющих производить обыск, отправился в посёлок Заречный. Остановились возле дома участкового, который их ждал, беседуя с двумя женщинами, вчерашними знакомыми, Полиной Рубилиной и Ритой Сидоренко.
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
— Здорово, люди добрые! – по-старчески проворчал участковый. – Минут сорок вас ждём.
— Здорово, Максимыч! Здравствуйте, девчонки! – весело поприветствовал всех Мошкин. – Задержались мы немного. Пока машину заправили, пока группу для обыска собрал.
— До Надькиного дома ещё километр топать, а в вашу машину все не поместимся.
— С таким кавалером, — улыбнулась Дмитрию Полина, — можно и пешком пройти.
— Эй, орлы, вылезайте! – приказал Дмитрий своим сотрудникам и, обращаясь к участковому, попросил. — Максимыч, ты с ними пешком, прогуляйся! А я девушек довезу.
— О-о-о! – в один голос воскликнули женщины, а Рита добавила – Тогда садись на заднем сиденье посерёдке.
Дима Мошкин никогда не был красавцем и по характеру был застенчив, пока не попал в руки Винокурова, который просто заставил его работать по своим правилам. Дмитрий скрупулёзно записывал все советы Саныча в блокнот, как афоризмы великих. Один из них гласил: чтобы понравиться женщинам, нужно просто уметь разговаривать. Простой совет, но ведь действует. Как и все другие советы Юрия Александровича.
— Убийцу-то найдёте? – весело спросила Полина, когда милицейская «Нива» тронулась.
— Если мужик убил, обязательно найдём, — ответил, улыбаясь, капитан.
— А если баба? – не унималась та.
— Тогда, труднее. Вы думаете об одном, говорите – другое, а делаете – третье. Трудно вашу логику понять.
— А её и понимать не надо, — рассмеялась Рита. – Мы и без неё знаем, что с мужиками делать.
— Ещё бы! Вот сижу я между вами и, думаете, у меня голова работает?
— Мы знаем, что у вас в это время работает, — рассмеялась и Полина.
— Вы хоть мальчишку не смущайте, — показано убрав улыбку с лица, кивнул Дмитрий на молодого водителя.
— Всё, приехали! – оскалив зубы, покачал тот головой, останавливая машину у дома Сухининой.
Продолжая непринуждённо беседовать, подождали остальных сотрудников, затем Дмитрий достал ключ и открыл дверь.
— Сыростью пахнет, — проворчала Полина, заходя в дом. – Ночи-то холодные.
— Надо Борисовну позвать, пусть истопит! – резонно предложила Рита.
— Борисовна – это кто? – тут же заинтересовался Мошкин.
— Она у Надьки избу топила, когда та уезжала.
Едва в дом вошел участковый, Дмитрий бросился к нему:
— Максимыч, мы здесь начнём, а ты приведи Борисовну, которая у Сухининой дом отапливает, – и повернувшись к своим подчиненным, приказал. – Начинайте!
Достал телефон и позвонил Винокурову, лишь после этого стал руководить обыском, попутно разговаривая с женщинами.
***
Когда прибыли Винокуров с Артёмом, в доме Сухининой всё шло своим чередом: сотрудники проводили обыск, понятые разговаривали с капитаном, сидя на диване. Около русской печи стояла хмурая женщина лет пятидесяти и злыми глазами смотрела на происходящее. К ней и направился подполковник.
— Вы Анна Борисовна Варламова?
— Да, — ответила та низким мужским басом.
— Я начальник отдела по расследованию убийств Винокуров Юрий Александрович. Мне нужно с вами поговорить, — демонстративно покрутил головой и, поморщившись, предложил. – Давайте отойдём, где нет суеты, я человек не молодой – шум с мыслей сбивает.
На лице у женщины появилось подобие улыбки:
— Идёмте на кухню, туда ваши ещё не добрались.
— Анна Борисовна, что вы скажите обо всём, об этом? – сыщик не стал сосредотачивать мысли этой хмурой женщины на чем-то определённом.
— Убили Надьку, — замолчала, собираясь с мыслями. – Женихи, наверное, если голая лежала.
Опять пауза.
«Из тебя, видно, каждую фразу нужно клещами вытаскивать», — раздраженно подумал подполковник, но с улыбкой спросил. – Анна Борисовна, когда Надежда была дома последний раз.
— Перед Новым годом, — опять задумалась. – Приехала в начале декабря.
— А когда уехала?
— Не знаю. Говорят, сразу стала платки скупать, хотела до Нового года кому-то их все продать. Я через неделю пришла печь истопить – Надьки не было.
— Анна Борисовна, а как вы думаете, почему её убили?
— Из-за денег, наверно, их у неё много было.
— А вы не знаете, где она их хранила?
— Не знаю, — буркнула женщина и, подумав, добавила. – Не в доме, я бы об этом знала.
— Извините за нескромный вопрос! – Винокуров сделал дежурную паузу. – Вы её женихов знаете?
— Я сюда приходила, когда хозяйки дома не было, печь топила, прибиралась немного. Она мне пять тысяч в месяц платила, — в её голосе зазвучали нотки обиды. — Чем она занималась и с кем, я не знаю.
— Последний вопрос. У неё в доме ничего не пропало?
— Нет, я бы заметила.
— Анна Борисовна, спасибо! Идите домой, – он протянул женщине визитку. – Если что вспомните, позвоните, пожалуйста!
***
Обыск закончился, понятые подписали протоколы и группа, сев в машину Винокурова, отправилась в город, остальные сотрудники на «Ниве» последовали за ними.
— Заедем на часок в отделение, — пробурчал Юрий Александрович. – Узнаем, что нового у Ломоносова.
***
Они привыкли вместо полноценного обеда обходиться, чем бог пошлёт. Сегодня послал потрясающие пирожки с ливером по рецепту супруги Винокурова и очень вкусное печенье. После внепланового чаепития начальник отдела обратился к криминалисту:
— Миша, что у тебя?
— В том ящике лежали деньги в рублях миллиона три-четыре, в долларах и евро, не менее ста тысяч. Шкатулка весила примерно два килограмма. Если, предположим, там лежали золотые украшения, то их цена от трёх до десяти миллионов.
— Миша, а почему такой разбег-то в цене? — с сарказмом спросил Мошкин.
— Большинство золотых украшений, без сомнения, были с драгоценными камнями. По мере возрастания благосостояния Надежды Петровны, увеличивался размер и цена этих камней.
— Ясно, определить какие там были камни ты не смог, — пошутил Дмитрий.
— Миша давай по делу, — резко прервал их Винокуров.
— Исследовал замок на этой бане, не открывался он давно месяца два-три. Смертельный удар нанёс мужчина. Рост предполагаемого преступника сто семьдесят — сто восемьдесят сантиметров. Время наступления смерти узнаем, в лучшем случае, в понедельник вечером.
— Значит, точно не Степан, — качнул головой лейтенант.
— Дмитрий, что у тебя?
— Ничего подозрительного не обнаружено. В комнате, где обычно хранятся платки, обнаружена партия в количестве ста шестидесяти штук.
— Значит, не уезжала, – проворчал себе под нос начальник отдела, и резко подняв голову, приказал. — Дима, попробуй нарисовать общую картину.
Капитан задумался минут на десять. Всё терпеливо ждали – зачем сбивать товарища с мыслей. Разложив в своей голове всё по полочкам, Дмитрий стал излагать своё видение картины преступления:
— Продав все платки оптовику по хорошей цене, Надежда Сухинина вернулась с намерением до Нового года продать ещё партию. Для справки: там, где она ими торговала цена от пятнадцати до двадцати тысяч за один платок. По дороге заехала на ночь к Степану похвастать своими успехами и расслабиться после трудной, но удачной поездки. Так как его рост около двух метров, можно сделать заключение, смертельный удар нанёс не он. И в гости к ней тоже не поехал. Похоже, Степан у неё был лишь для любовных утех. Приехав в Заречный, Сухинина стала скупать платки, возможно не только в посёлке, но и в окрестностях. Можно предположить, перед отъездом решила попариться с одним из своих, пока неизвестным нам, любовником, но любовное свидание закончилось для неё трагично, — Дмитрий замолчал, словно споткнувшись о какое-то мысленное препятствие. – Хотя, это нереально.
— Почему нереально? – удивлённо спросил Артём.
— Хочешь сказать, что труп пролежал в предбаннике четыре месяца?
— Ты же сам сказал, обнаружил сто шестьдесят платков.
— Предположим, это её неприкосновенный запас, — капитан Мошкин уступать в спорах не любил, особенно младшим по званию. – Набрала лишку, а времени до Нового года мало осталось.
Юрий Александрович подождал, когда его подчиненные закончат спор и стал доводить до каждого план дальнейших действий:
— Завтра отдыхаем. Послезавтра займётесь вот чем. Артём, поедешь в поселок Заречный и попытаешься найти следы этого дальнобойщика. Дмитрий, найдешь Константина, выяснишь всю его подноготную и доставишь в отдел. Михаил, в понедельник к вечерней оперативке должна быть дата смерти, с точностью до недели. Хоть сам вскрытие делай! В понедельник утром в отдел можете не заходить. На сегодня всё.
***
После воскресного отдыха – хотя едва ли члены группы в этот выходной думали о чём-то другом – с утра все начали действовать.
Связавшись с николаевскими гаишниками, капитан Мошкин узнал данные владельца «Форда» с тремя тройками. Им оказался Константин Львович Мишин, член совета директоров компании «Корвет», владельцем которой являлся его тесть.
Встретил Дмитрий подозреваемого возле офиса компании.
— Константин Львович Мишин? – спросил он строгим голосом.
— Да.
— Капитан Мошкин, — Дмитрий предъявил удостоверение.
— В чем дело?
— Вам необходимо проехать в отделение полиции. Мы расследуем одно преступление и нам необходима ваша помощь.
— Никуда я с вами не поеду, — высокомерно ответил мужчина.
— Прекрасно! – улыбнулся Дима, подобных господ капитан Мошкин «обрабатывать» умел. – Завтра вам пришлют повестку прямо в офис. Дело очень «щекотливое». До свидания!
— Постойте! – раздалось вслед, едва Дмитрий повернулся. – Я поеду, но на своей машине, если не против, садитесь ко мне.
— Не против.
Он повернулся к водителю служебной «Нивы» и знаком показал, чтобы тот возвращался.
***
«Середина апреля, а погода летняя. Одного выходного, конечно, мало. Да, и не лезет в голову отдых, когда такое дело», — думал Артём Барабанов в маршрутке, везущей его в поселок Заречный. – С чего начать поиски этого дальнобойщика, вернее, с кого? Ничего в голову дельного не приходит, а уже сельхозтехника. Ну, с неё и начну…»
— Остановите на остановке! – попросил Артём водителя.
Вновь нашёл любовника Сухининой.
— Здравствуй, Степан! – улыбнулся Артём, как старому знакомому.
— Опять ты? – протянул руку мужчина. – Ну, здорово!
— Извини, что так прямо! – молодой лейтенант пытался казаться взрослым. – Ты знал дальнобойщика, любовника Надежды Сухининой?
— Да, он у нас пару раз ремонтировался, — равнодушно ответил парень. – У него КамАЗ-длинномер, номер тюменский «эн пятьсот двадцать один а ка».
— Вот это повезло! – невольно воскликнул лейтенант. – Спасибо!
— Не за что.
***
Артём до самого отделения не мог поверить в такую удачу, забежав в свой информационный отдел, бросился к старшему лейтенанту Строганову, развалившись сидящему за компьютером в пижонской рубашке и джинсах.
— Владимир, позарез нужно пробить тюменский номер: КамАЗ-длиномер, номер «эн пятьсот двадцать один а ка.
— Как не помочь бедному «убойному отделу», — снисходительно улыбнулся тот. – Сейчас сделаем.
Ввёл данные в компьютер и через пару минут уже читал данные:
— Так Эдуард Яковлевич Огарков, автобаза «Северная», водитель КамАЗа. Телефон автобазы. Здесь все его данные. Сейчас на принтер сброшу.
— Спасибо! — промолвил лейтенант, взглянув на листок. – Откуда можно позвонить?
— Обижаешь Барабанов! Сейчас соединю! – набрал какой-то код и почти сразу спросил. – Автобаза «Северная? Вас беспокоят из полиции. Не подскажете, где сейчас находится ваш водитель Эдуард Яковлевич Огарков.
— А что случилось? – раздался тревожный женский голос.
— Возможно, он является свидетелем одного происшествия.
Было слышно, как на том конце облегченно вздохнули, видно, не сомневаясь, что под словом «происшествие» имели в виду обычную аварию.
— Со вчерашнего дня он в рейсе, направляется в Москву.
— Не могли бы вы подсказать, на каком отрезке пути он находится в настоящее время.
— Думаю, где-то на границе Челябинской и Оренбургской области.
— Большое спасибо, — программист положил микрофон. – Слыхал, Барабанов?
— Да. Спасибо!
***
Через пять минут лейтенант, стараясь быть спокойным, вошёл в свой отдел и с порога стал докладывать:
— Юрий Александрович, разыскал я этого дальнобойщика. В настоящее время движется на своём КамАЗе в сторону Москвы. Через наш город будет проезжать, сегодня вечером или ночью
— Быстро ты разыскал! – похвалил Винокуров лейтенанта и, подумав пару минут, добавил. – Но сегодня тебе придётся постоять с «гаишниками» на мосту весь вечер, а возможно, и ночь. Когда его остановят, пусть заведут внутрь поста. На улице об убийстве даже не намекай – неизвестно, какая у него реакция будет. Рядом пусть кто-то из гаишников стоит. Сейчас отправляйся домой, немного поспи, а в шестнадцать ноль-ноль заступай на дежурство. Я договорюсь. Как задержите, сразу позвони мне, вместе допросим. С часок у гаишников посидит, ничего с ним не случится. Предлог они без проблем найдут.
Юрий Александрович с улыбкой посмотрел вслед своему сотруднику:
«Дело движется. У нас два подозреваемых: дальнобойщик и Константин, если кто-то из них – завтра дело будет закрыто. А если нет? Найдём других подозреваемых. Мошкин проверит Ольгу Ефремову, рост у неё, примерно, метр семьдесят пять. Вот только, что она делала в бане у Сухининой? И других вязальщиц придётся проверить. Вдруг обиделись, Надежда им мало платила. Всё же версия, хоть и слабенькая».
От мыслей оторвал зашедший капитан Мошкин. Не торопясь подошёл к столу и доложил ровным голосом:
— Саныч, Константин Львович Мишин сидит в коридоре.
— Он?
— Может быть, — равнодушно пожал плечами Дмитрий. – Рост соответствующий.
— Ладно, заводи! Разберемся, — по кислой физиономии подчиненного Винокуров догадался: не он.
В кабинет вошел мужчина средних лет в дорогом, идеально подогнанном костюме. По его резким движениям было видно, ранее в подобных кабинетах он не бывал, но грешки за ним числились.
— Константин Львович, мы вас вызвали по одному щекотливому делу, — бросил пробный шар Винокуров. – Вы знаете Надежду Петровну Сухинину?
— Нет…, то есть – да, — мужчина изменился в лице. – Что она от меня хочет?
— Вот и расскажите нам всю правду! – предложил опытный сыщик, не объясняя какую. – Вы не волнуйтесь! Меня зовут Юрий Александрович, это – Дмитрий Кириллович. Рассказывайте!
— У меня жена, дети. Я член совета директоров крупной компании, а владелец этой компании мой тесть. Мне не хотелось, чтобы он узнал.
— До вашего тестя нам никаких дел нет – спокойным голосом произнёс Винокуров и с хитринкой добавил. – Если вы всю правду расскажете.
— Ладно.
— Вы рассказывайте, рассказывайте!
Мужчина собрался с мыслями и начал повествование:
— Однажды я поехал в областной центр.
Он задумался, вспоминая первую встречу со своей будущей любовницей.
***
— До Заречного не довезёшь? – улыбнулась Надежда водителю шикарного «Форда».
— Машина служебная, — ответил тот, с сожалением рассматривая соблазнительную фигуру женщины.
— В чём дело? – раздался раздраженный голос за спиной.
Надежда повернулась. Перед ней стоял мужчина, идеально постриженный и выбритый, пахнущий дорогим лосьоном. Плюс модный костюм и шикарная машина. А превращать грозных мужчин в послушных ягнят она умела. Женщина сделала лишний шаг, тот самый, после которого мужчины уже не могут сосредоточиться на чём-то другом.
— Мне до Заречного надо, — слегка наклонилась к сумочке. – Могу заплатить.
— Да вы что? Я и так довезу, — мужчина не отрывал взгляда от выреза на груди. – Садитесь, пожалуйста!
«Готов!» — подумала женщина, садясь на заднее сиденье. – Какой-то начальник и собой не плох. Можно и любовь покрутить».
Хозяин машины робко сел рядом с ней. Всю дорогу он бросал робкие взгляды на попутчицу и испуганные на своего водителя.
«Так ты женат! – Надежда бросила взгляд на его правую руку. – И боишься своей жены, но мне нравишься. Сейчас ты у меня совсем с ума сойдешь».
Она всем телом повернулась назад, вслед промелькнувшей машине. Юбка поднялась сантиметров на десять выше и осталась в таком положение. Взгляд мужчины застыл на её красивых, немного полноватых ногах. Вот впереди показался медленно идущий трактор с прицепом. Водитель, не снижая скорости, пошел на обгон, резко повернул руль, возвращаясь на свою полосу. Женщину качнуло, и она уткнулась губами в щёку попутчика. Мужчина почувствовал запах нежных духов и, какой-то луговой свежести, и… нежные губы на своей щеке. Это длилось всего несколько секунд, но дыхание не восстанавливалось, а голова отказывалась соображать.
— Поверните, пожалуйста, направо! Остановите возле того магазина!
— Спасибо! – женщина вышла, сунув ему в руку свою визитку.
***
Пару минут Мишин сидел, глупо улыбаясь, забыв, где находится, затем продолжил:
— Через месяц я позвонил ей.
Константин Львович вновь погрузился в воспоминания.
***
— Здравствуйте, Надежда! Вы, наверно, меня не помните? Месяц назад я подвозил вас до Заречного.
— Это тот робкий, но симпатичный мужчина?
— Ну… да…
— И что ты хочешь?
— Я думал… вы тогда…
— Звать тебя как?
— Константин.
— Костя, через двенадцать дней я буду на том же месте и в то же время. Подвезёшь?
***
Мужчина на минуту замолчал, затем продолжил:
— В назначенный день я ждал её на машине один без шофера. Думал, уже не придёт…
***
Дверь «Форда открылась неожиданно, дорогое легкое платье вихрем ворвалось в салон автомобиля, который вновь наполнился ароматом дорогих духов и луговой свежести.
— Мне до Заречного, — раздался воркующий голос.
— Надежда! – восторженно прошептал он.
И тут же поцелуй закрыл ему рот. Оторвавшись, женщина загадочно улыбнулась:
— Приходи в себя, и поехали!
Всю дорогу она расспрашивала своего нового друга о его жизни и рассказывала о своей. Константин не заметил, как доехали.
— Приехали! – сообщила Надежда, указывая на огромный дом, стоящий возле реки. – Пойду, ворота открою, во двор заедешь.
Он поставил машину во дворе и вышел.
— Как тебе мой домик? – слегка подтолкнула его. – Ты заходи, заходи!
В доме было довольно темно, плотно закрытые ставни совсем не пропускали свет. Пройдя прихожую, зашли в комнату, посреди которой стояла роскошная двуспальная кровать. Пару минут женщина, молча, стояла между кроватью и своим спутником, затем резко повернулась.
— Ну и тюфяк ты! – и дёрнула ворот его рубашки.
***
— Наши встречи были не слишком часты, но я их ждал всегда с нетерпением. Так продолжалось более года, — Константин взглянул на сотрудников отдела, словно ища у них поддержки. — На последней нашей встрече в сентябре прошлого года…
Мужчина вновь погрузился в воспоминание.
***
Они лежали на широком диване в предбаннике, ослепительно белые простыни эффектно контрастировали с её загорелой кожей.
— Костя, возьми меня замуж! – вдруг произнесла она грустным голосом. – Мне сорок два, а счастья женского нет.
— У меня жена, дети, — изменившись в лице, произнёс тот. – Тесть меня сразу на улицу выгонит.
— Будешь у меня жить. Денег у меня много, детей тебе нарожаю.
— Надя, я не могу.
— Тру́сы вы, мужики! – улыбнувшись, произнесла женщина. – Твоя всё равно когда-никогда, узнает и выгонит. Куда ты от меня денешься?
— Что ты говоришь? – любовник побледнел.
— Да, пошутила я, пошутила, — проворковала Надежда, обняв мужчину.
***
— После этого она перестала звонить, — с грустью продолжил Мишин. — Первое время боялся, что сообщит о наших отношениях жене или тестю, но прошло месяца три, а в семье и на работе всё оставалось по-старому. Как-то, перед самым Новым годом, я ей позвонил, Надя не ответила. Звонил ещё несколько раз, но она видно сменила «симку». И что она теперь хочет от меня?
— Она ничего не хочет, – будничным голосом произнёс Юрий Александрович. – Её убили.
Эти слова произвели на Константина Львовича эффект, разорвавшийся бомбы. Он побледнел и стал ловить воздух онемевшими губами. Дмитрий налил в стакан воды и подал ему, зубы часто-часто застучали по стеклу. Хлебнув глоток воды, мужчина заплакал.
— Дмитрий, проводи его! – с сочувствием в голосе попросил подполковник.
Когда капитан вернулся, Юрий Александрович заваривал чай.
— К сожалению, не он, — с досадой промолвил капитан.
— Почему к сожалению? К радости. Человек оказался невиновен, — Винокуров сел за стол и, вздохнув, промолвил. – Правда, в подозреваемых у нас остался один дальнобойщик.
— Где моя чашка? – в кабинет с загадочной улыбкой на лице вошёл Ломоносов. – Я там с утра раннего с трупом вожусь, а они без меня чай пьют.
— Ты сказал, результаты будут к вечеру, – усмехнулся Мошкин.
— С юга приехала сестра убитой и потребовала, чтобы всё сделали немедленно и в лучшем виде. И целую сетку «Шато Тамань» на стол поставила. Наши медики такого никогда не пили – к двенадцати часам всё было, как она просила – покойная была вскрыта, затем зашита, забальзамирована и даже побрита и одета.
— А брили-то что и зачем? – криво ухмыльнулся Мошкин.
— Сестра сказала, что хоронить будут в парике, — криминалист сам удивлённо пожал плечами. – Вот голову и брили.
— Ты давай по делу! – мотнул головой Винокуров.
— Смерть наступила в период с пятого по десятое декабря, точнее определить невозможно.
— Это уже не имеет значение, — горестно вздохнул Дмитрий. – У нас остался один подозреваемый. Если не он, то завтра начнём с нуля.
— То завтра ты возьмешь в разработку Ольгу, — поправил его начальник отдела. – Рост у неё соответствующий и параметры тоже. А лучше начни сегодня. Вдруг женщины узнали, сколько их платки в Сибири стоят и решили с Сухининой дополнительно деньги «содрать». Узнай так же, насколько трудоемок сам процесс изготовления.
— Саныч, я там пару бутылочек «Шато Тамани» заработал. Может принести? – загадочно улыбаясь, вставил Михаил.
— Неси.
Через пять минут криминалист вернулся с пакетом, в котором стояли две бутылки, запечатанные сургучом. Разглядев бутылки, как следует, Юрий Александрович улыбнулся и… поставил их в холодильник.
— Закроем дело и отметим! – произнёс торжественным голосом.
***
Телефон зазвонил в полночь:
— Юрий Александрович, Огарков здесь, — раздался голос лейтенанта с явными оттенками безразличия.
— Сейчас приеду.
«Судя по голосу Барабанова, это не он. Молодец лейтенант, всё налету схватывает. Интересно, почему Артём уверен в его невиновности?»
***
Поздоровавшись с инспекторами, подполковник зашел внутрь поста. За столом сидели лейтенант Барабанов и незнакомый мужчина. Уловив кивок Артёма, тот повернулся и встал. Его рост был, примерно, метр девяносто.
— Садитесь! – разочаровано произнёс Винокуров. – Вы знакомы с Надеждой Петровной Сухининой?
— Да, — без тени испуга произнес, задержанный водитель.
— Когда вы видели её в последний раз?
— А что, она пропала?
— Ответьте, пожалуйста, на мой вопрос, — тем же спокойным голосом попросил подполковник.
— Давно не видел, с полгода, последний раз по осени встречались. После этого она ни разу не позвонила и на звонки не отвечала. Думал: замуж вышла, а, оказывается, пропала.
— Её убили, — тихо произнёс Юрий Александрович.
— Надю убили!? Какая же п… на неё руку подняла? – в голосе водителя звучало лишь неподдельное негодование. – У неё за одну ночь отдохнешь, как на курорте за неделю. Если надо, и денег одолжит, любую сумму и на любое время.
— Всё, мы вас больше не задерживаем.
Всю дорогу до дома лейтенанта они молчали и лишь на прощание Винокуров буркнул:
— Завтра можешь на работу не выходить, отоспись хорошенько.
***
Поздно вернувшись, домой и, проспав всего два часа, Юрий Александрович проснулся, как всегда, в пять. Поворочавшись минут двадцать, встал и вышел на кухню. Винокуров пил кофе и мысленно составлял план расследования этого, оказавшегося таким не простым, дела:
«Мошкина отправлю в посёлок, может найдёт какие зацепки по женщинам или женихи новые появятся. Вначале дело таким простым казалось – впервой, что ли в деревне убийцу искать – пришёл и тебе сразу всё рассказали. Здесь тоже достаточно рассказали, а результата никакого. Завтра придёт Артём, посажу и заставлю думать. У него голова нестандартно работает, должен что-то придумать. Парень он хороший, но чувствую, через тридцать лет будет подполковник Барабанов сидеть в моём кресле и держать уровень раскрываемости убийств на уровне девяноста девяти процентов. А что в этом плохого?»
Посмотрев на часы, Юрий Александрович набрал номер телефона капитана Мошкина:
— Дмитрий, езжай сразу в Заречный, поговори с женщинами, погуляй до вечера по посёлку. Дальнобойщик не виновен. Нам нужны хоть какие-то зацепки.
***
Женщина резко поправила волосы, увидев на пороге неожиданного гостя.
— Здравствуй, Полина!
— Здравствуй, Дмитрий! Заходи! У меня дома никого, дети в школе, — зачем-то произнесла, заметавшись по комнате.
— Полина, я по делу, — промолвил капитан, проследовав за хозяйкой в другую комнату, оказавшуюся спальней. – Мы в тупик зашли. Все любовники оказались невиновны.
В глазах женщины мелькнуло разочарование, не связанное с этим сообщением. Мысли женщины были направлены, явно не на поиск убийцы, а на что-то более приятное.
— И чем я могу помочь? – спросила робко.
— Буду пытаться найти другие зацепки. Как ты думаешь, могли женщины, поставляющие ей платки обидеться на неё и совершить убийство?
— Нет, Дима, такого у нас не может случиться. — Слово «Дима» вырвалось случайно, но думала женщина, похоже, совсем не о том, о чём говорила. — Наша деревня подробности этой расправы в тот же день узнала, и никакие меры предосторожности не помогли бы.
— Всё-таки проверю эту версию. Полина, у кого можно узнать, как изготовляют эти платки?
— Да, у Ритки и узнаем. Сейчас ей позвоню, — торопливо набрала номер. – Что-то не отвечает, видно, во двор вышла.
На минуту повисла неловкая пауза.
— Садись, чай попьём! – предложила Полина и вдруг, покраснев, предложила. – Хочешь, что-нибудь покрепче?
— Зачем?
Дмитрий, встав со стула, сделал шаг и… О том, что произошло далее, четверть часа назад они не могли и подумать. Это произошло и неожиданно, и предсказуемо одновременно, словно кто-то держал в руках два магнитика на близком расстоянии, а затем разжал пальцы.
***
— Одевайся быстрей! – прыснула в ладошку женщина, перехватив ошарашенный взгляд капитана.
Они бросились собирать, разбросанную по полу одежду и тут раздался, заставивший их вздрогнуть, звонок сотового телефона.
— Полина, ты звонила?
— Здесь вновь из милиции пришли, Дмитрий. Ему нужно узнать, как платки изготавливаются?
— Зачем?
— Откуда знаю.
— Пусть придёт, расскажу!
Капитан за это время успел одеться и даже успокоиться. Полина быстро уничтожила все следы этого, весьма приятного, преступления.
— Пойдём к окну, покажу, где она живёт, — задела Дмитрия за плечо, задумалась и предложила. – Давай, лучше сама провожу
…ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >