Пока он переживал за то, что ему не хватает денег на большой букет, она собиралась на свидание к другому. Он стоял у цветочного ларька, перебирая купюры и пытаясь понять, хватит ли их на хоть что-то приличное, чтобы еще остались деньги на кафе. Сердце подсказывало, что даже маленький букет покажется ей смешным. Она же не думала о нем и вовсе забыла предупредить, что отменяет встречу. Все ее мысли были о Кирилле. Она думала о его просторной квартире, о дорогих вещах и карманах, полных денег, о том, как легко он живет, как уверенно улыбается. В ее голове такая жизнь казалась недостижимой мечтой. Не сказать, что она сама была бедной. Родители зарабатывали нормально, на жизнь без нужды хватало, как и на всякие поездки. Но хотелось большего. Она смотрела на то, как он одевается, какой образ жизни ведут его родители. Мама Кирилла занималась домом. Заказывала еду из ресторанов, нанимала клининг, ходила на всякие спа процедуры, покупала одежду только в хороших магазинах. Отец Кирилла управлял сетью гостиниц по стране, ездил на дорогой машине. Федор же, который изначально предложил встретиться, был совсем из другого мира. Скромный, простой, с руками, привыкшими к работе. Он вырос в обычной семье, где ценили и приучали к труду. Его отец всю жизнь проработал на заводе, мать на какой-то кондитерской фабрике, и Федор с детства знал цену каждому рублю. Он не имел дорогих вещей, не рассказывал красивые истории о путешествиях. Зато умел слушать и замечать детали, заботливо подбирал слова и искренне радовался мелочам. Именно поэтому Вика и согласилась с ним встретиться. Нравилось ей то, с каким восхищением он на нее смотрел, как проявлял заботу. Но все эти чувства уходили на второй план, когда ее мысли устремлялись к Кириллу. Он не заботился о ней так как Федор, но все равно притягивал. Богатый, уверенный, яркий, его образ жизни казался мечтой, в которой Федор уже не мог соперничать.
Сестра Маша ее не понимала. Говорила про пустые фантазии. Вика воспринимала это за зависть и раздражаясь отвечала:
— Если бы на тебя обратил внимание такой парень как Кирилл, ты бы сама побежала к нему, сверкая пятками, про Федора бы и не вспомнила.
Маша качала головой.
— Если бы на меня обратил внимание такой парень как Федор, — отвечала она, — я была бы самой счастливой.
Вика смеялась.
— Так забирай его.
Маша смущалась, краснела, не отвечала.
Вика, подумав о разговоре с сестрой, вдруг вспомнила, что не отменила встречу с Федором. Она хотела было позвонить, но в этот момент раздался звонок. На экране высветился номер Кирилла. Он сказал, что уже подъехал к ее дому. Вика почувствовала, как сердце забилось быстрее, и все мысли о Федоре исчезли в тот же миг. Не раздумывая ни секунды, она схватила сумку и поспешила на встречу, так и не предупредив Федора о внезапной перемене планов.
Пока Вика смеялась и наслаждалась встречей с Кириллом, Федор стоял перед ее домом с букетом в руках, не подозревая о том, что она гуляет с другим. Он набрал номер Вики, но ответа не последовало. Дверь в квартиру открыла Маша. Она удивленно посмотрела на Федора, а потом осторожно сказала:
— Федя… а Вика ушла, она разве не предупредила? — Осторожно спросила она.
Он растерялся:
— Наверное, забыла…
— Федя… — Маша замялась, а в ее глазах промелькнуло сочувствие. — Ты… хочешь зайти?
Он покачал головой, сжимая букет:
— Нет… Спасибо, Маша. Я пойду тогда.
— Понимаю…
Маша очень хотела добавить, что Вика ушла на свидание с другим, но сдержалась. Он опустил взгляд на букет:
— Можешь… передать его Вике? Пусть хоть увидит, что я хотел…
Маша кивнула.
— Может, все-таки зайдешь? Чай… поговорим.
Он удивленно посмотрел на нее, на мгновение замялся, но почему-то согласился:
— Ладно… Может, и Вика вернется. Подожду. А она не говорила куда ушла?
Маша пропустила его в квартиру, а сама подумала, что рассказывать Феде про свидание сестры не будет. С одной стороны ей было его жаль, а с другой она не могла предать сестру. Хотя Маше не нравилось, что Вика крутит вертит хвостом, забывая о чувствах других. Это происходило не первый раз.
Маша разлила чай по кружкам и села напротив него. Букет поставила в вазу. Федя чувствовал себя неловко и вновь спросил:
— А она не говорила куда ушла?
Маша слегка улыбнулась и развела руками:
— Нет, не говорила. Наверное, по своим делам.
— Понятно…
Федор сделал глоток, обжегся и не слишком аккуратно поставил кружку на стол. Чай слегка вылился на скатерть.
— Ой!—воскликнул он, быстро хватаясь за салфетки. — Неловко получилось…
Маша рассмеялась:
— Ничего страшного. Сиди спокойно, а я все уберу.
Маша встала, взяла губку и несколькими ловкими движениями убрала лужу. Федя смотрел, как вода впиталась в ткань, оставляя лишь темноватое пятно, похожее на очертания материка.
— Со мной так всегда, — смущенно признался он. — Когда нервничаю, все из рук валится.
— Не переживай, — Маша села за стол. —Наша бабушка раньше любила повторять, что дом должен помнить своих гостей. Вот он и помнит. Всех. Всякими разными способами.
Федя невольно посмотрел на пятно. Теперь ему почудилось, что оно больше похоже на профиль птицы.
— А она… она часто так уходит без предупреждения? — снова спросил он, чувствуя, что вопрос звучит глупо.
Маша вздохнула, отодвинув свою кружку.
— Вика? Постоянно. Хорошо, если матери позвонит, предупредит. — Она посмотрела на Федю с легкой грустью. — Не принимай близко к сердцу. Это не потому что ты… Это просто она такая.
В этот момент в квартире хлопнула входная дверь. Сердце Феди екнуло от надежды. Он выпрямился на стуле, взгляд устремился в коридор. Но вместо Вики на пороге кухни появилась мать девушек. Она с удивлением подняла бровь, увидев гостя.
—О, Маш, а ты что, не предупредила? У нас гость? — ее взгляд скользнул по Феде, затем перешел на букет в вазе. — Здравствуйте, добро пожаловать.
— Здравствуйте, — ответил он.
— Мам, это Федя. Друг, — поспешно сказала Маша. — Он зашел… ненадолго.
— Понятно, — мать кивнула. — Вика звонила. Предупредила, что приедет поздно. Она с Кириллом куда-то уехала. Кажется, в новый клуб-ресторан на набережной. — Она произнесла это беспечно, даже не думая, что говорит нечто такое, что Маша так старательно скрывала. — А чего ты гостю пирожных не предложила? Пустой чай пьете…
Федя замер. Он медленно опустил взгляд на стол, на то самое пятно, которое теперь казалось ему не птицей, не материком, а грязной, расплывчатой кляксой.
Маша с укором посмотрела на мать. Повисло тягостное молчание. Федя молча поднялся.
— Мне пора. Извините, я совсем забыл, что отец просил ему помочь.
— Федя, подожди… — начала Маша, но он уже шел к выходу.
— Спасибо за чай, — глухо бросил он, уже в коридоре.
Дверь закрылась с тихим щелчком. Маша осталась стоять посреди комнаты, сжав кулаки. Затем она обернулась к матери, которая не поняла, что натворила.
— Мама! Ну как же так?! Он в Вику влюблен. А она с другим. Ему сейчас обидно.
— А что я такого сказала? — растерянно развела руками женщина. — Я же не знала, что он… что они… Он же друг, вроде… Ты сама так сказала.
Маша лишь покачала головой, ничего не объясняя. Она подошла к окну, отдернула занавеску. Федя уже переходил улицу, его силуэт быстро растворялся в вечерних сумерках. На столе в вазе стоял букет. Цветы для Вики, которая сейчас смеялась в дорогом ресторане с другим. Она повернулась от окна и встретилась взглядом с матерью. Та стояла, переминаясь с ноги на ногу.
— Маш, я правда не знала… — виновато начала она. — Я подумала, просто друг. Да и от Вики ничего про него не слышала. Я ей все объясню.
— Он не просто друг, мама, — тихо, но твердо сказала Маша. — Он пришел с цветами. Ждал ее. А она, она укатила с Кириллом, даже не позвонив, не предупредив.
Мама наконец подошла к столу и присела на стул.
— А он… хороший парень? — осторожно спросила она.
— Да, — без колебаний ответила Маша и взяла вазу с букетом.— Эти цветы теперь наши. Вика их не увидит. Я заберу к себе в комнату.
— Может, не надо так? — вздохнула мать. — Может, у нее были веские причины? Недопонимание вышло.
Маша покачала головой, крепче прижимая вазу к себе.
— Причины? Мама, ты сама знаешь ее «причины». Это уже не впервой. Просто раньше она хоть извинялась потом. А сейчас… — Маша посмотрела на мать, и в ее глазах стояла не только обида за Федю, но и усталость от поведения сестры. — Сейчас она даже не потрудилась предупредить. Она не заслужила эти цветы.
В своей комнате Маша поставила вазу на тумбочку рядом с кроватью. Она прилегла, смотрела на них, и думала о том, как несправедливо устроен мир, где одни легко разбрасываются тем, что для других было бы настоящим сокровищем.
— Маш… — тихо позвала мать, приоткрыв дверь. — Можно?
Маша кивнула, не отводя взгляда от цветов. Мать вошла, присела на край кровати, положив руку на дочке на плечо.
— Знаешь… — начала она осторожно. — Просто… не держи зла. Тебе ведь он нравится? Поэтому ты реагируешь…
— Я и не злюсь, — тихо ответила Маша, проигнорировав второй вопрос— Мне просто жаль. Его и ее тоже. Она сама не понимает, что теряет.
Мать вздохнула, погладила ее по волосам.
— Все в жизни не просто так. Может, этот мальчик… Федя… пришел не к Вике. Может, он пришел именно в этот дом по какой-то своей причине. Просто сам еще не знает об этом.
Маша перевела взгляд с цветов на мать, вопросительно приподняв бровь.
— Что это значит?
— А то и значит, что судьба порой стучится в дверь, а мы думаем, что это не к нам, — улыбнулась мать.
Она встала, чтобы уйти, но на пороге обернулась.
— А парень и правда, видно, хороший. Цветы выбрал с душой, красивые… живые. Не эти заморские банты в целлофане.
Мама ушла, Маша осталась одна. Слова матери звучали в голове. Она снова посмотрела на цветы. «Пришел именно в этот дом…» Вдруг ее взгляд упал на телефон. Рука сама потянулась к нему. Она нашла номер Феди, который когда-то брала у Вики «на всякий случай». Что написать? «Привет, это Маша, сестра Вики. Прости за нее»? Слишком банально. «Спасибо за цвееты, они очень красивые»? Звучит как насмешка. Она отложила телефон. Нет. Не сейчас. Сейчас нужно просто подождать. Если это и вправду была какая-то иная причина… все случится само. А если нет — так тому и быть. Она прикрыла глаза, все еще чувствуя легкий аромат полевых цветов…
ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >