— А, ну! Брысь отсюда, мелюзга! – шуганул малышню с лавочки у подъезда Кирилл. – Садись, Каринка! Сейчас остальные подтянутся, и пойдем на речку.
Детвора, которую Кирилл прогнал с лавочки, сначала брызнула в разные стороны, а потом пристроилась за кустом возле лавочки и с любопытством поглядывала на красавицу Карину, занявшую их место.
Хороша, что и говорить! Темные глаза, длинные ресницы, точеный носик. Сарафан модный. Джинсовый, да еще и белый! Кто ж в таком гулять ходит?! Но все равно, красота!
Вот только взгляд у Карины словно отрешенный от мира. Смеется, вроде, а сама о чем-то своем думает. И на Кирилла даже не смотрит.
Семья Карины переехала в соседний двор всего пару месяцев назад. Откуда они приехали, никто не знал. Мать Карины, молчаливая строгая женщина, с соседями здоровалась тихо, не поднимая глаз, и мимо старалась пройти побыстрее, не отвечая на многочисленные вопросы. Дочерей своих, Карину и ее сестру Анжелу, во двор отпускала нехотя. Анжела мать слушала. Карина – нет.
Она была любимицей отца. Высокая, стройная, гибкая, будто тростиночка, она смеялась, показывая ровные зубки, и бабочки-ресницы устраивали такой ураган, что сердце родителя Карины, гордившегося дочерью, просто таяло от умиления:
— Ах, моя драгоценная! Ах!
Нужно ли говорить, что позволено Карине было чуть больше, чем ее сестре и даже матери? И на прогулки ее отец отпускал, и сквозь пальцы смотрел на то, что Карина знакомства заводит с молодежью. Пусть! Все равно уже сговорена, несмотря на юный возраст. Жениху Карины было чуть за двадцать, он работал в столице, и ждал, когда семнадцатилетняя невеста чуть подрастет, чтобы приехать к ее родителям, соблюдая все традиции и условности.
Карина о том, что в невестах ходит, конечно, знала. Но значения этому не предавала. Думала, что отец, который так ее любит, прислушается не к зову традиций, а к ее сердцу и душе, когда время придет.
— Каринка, а ты когда-нибудь целовалась? – пошел ва-банк Кирилл, не зная, как еще привлечь внимания той, что снилась ему по ночам вот уже больше месяца. — А то, давай попробуем, если хочешь! Пока народ не подтянулся…
Карина удивленно глянула на Кирилла. Ее лицо было все таким же бесстрастным, но во взгляде гнева было столько, что Кирилл невольно отшатнулся.
А Карина поднялась с лавочки, и махнула рукой:
— Пока!
Кирилл опешил.
— В смысле?! Ты куда?!
Последнее было сказано уже в спину Карине. Она шла по двору быстро, не оборачиваясь, и Кириллу не оставалось ничего другого, как рвануть вслед за нею.
— Погоди! Каринка! Ты обиделась, что ли?! Я не хотел…
Но его уже не слушали. Никогда не стала бы Карина объяснять парню, о котором тайком уже начинала грезить в мечтах, что не годится так разговаривать с девушкой, если ты ее уважаешь. Ее учил этому отец.
— Каринэ, душа моя, послушай меня! Я хочу, чтобы ты счастлива была!
— Знаю, папа.
— А, чтобы быть счастливой, женщине что надо?
— Скажи мне.
— Уважение от мужа нужно. Любовь нужна. Радость в жизни нужна. Тогда ты будешь счастлива!
— А почему ты уважение ставишь выше любви, отец?
— Потому, что так правильно, Каринэ! Какая такая любовь может быть, если уважения нет к тому, кого ты любишь?! Ложь пустая получается и только. Может человек, который любит, грубить своей любимой? Нет! Может оскорбить чистоту ее мысли? Нет! Может руку поднять?
— Нет…
— Именно! Помни об этом. По-разному у людей жизнь семейная складывается. Нас с твоей мамой просватали, когда мы еще совсем детьми были. Родители сговорились поженить нас, когда подрастем. Мы и не видели друг друга до самого сватовства. Но я знал, что если не увижу в ее глазах хотя бы обещания, то ничего не будет. Отец меня тогда понял и обещал поддержать в любом моем решении. А потом мы с твоей мамой встретились. И я понял, что все у нас будет. И дом, и семья, и радость, и, самое главное, любовь. Пусть и не сразу, но будет. Так и получилось.
— А ты, папа? Ты меня поддержишь, когда время придет?
— А разве может быть иначе?! Ты же моя дочь! Разве твое счастье – это не все, что мне в жизни надо, Каринэ? Зачем такие вопросы задаешь?!
Карина отцу верила. Знала, что он не привык попусту словами бросаться. Только с родными был разговорчив, да и то не всегда. В делах предпочитал помалкивать до того момента, как примет решение.
Кирилл догнал Карину уже у самого ее дома.
— Эй! Я за тобой бегать должен?! – схватил он за руку девушку.
И тут же взвыл от боли, когда Карина пнула его под коленку, высвобождаясь из захвата, и кинулась прочь.
— Ах, ты… Ну, погоди у меня! Я тебе устрою! – погрозил ей вслед кулаком Кирилл.
Детвора, которая видела всю эту сцену, покатилась со смеху, а Кириллу ничего другого не оставалось, как доковылять до лавочки и сделать вид, что ничего особенного не произошло. Компания, которая появилась во дворе пару минут спустя, осталась в неведении по поводу отсутствия Карины. Поход на речку состоялся без нее, как и все прочие мероприятия, которые были запланированы на остаток лета.
Карина почти не выходила из дома. Обеспокоенные родители пытались выяснить у нее, что происходит, но девушка отмалчивалась.
— Все хорошо!
Она не хотела тревожить родных и рассказывать о том, что испугалась, когда Кирилл схватил ее за руку у подъезда. Глаза парня сказали ей о многом. Она, еще не знавшая толком, что такое мужское внимание, вдруг осознала, что интересна и желанна. И ее напугало это откровение. Ведь, если Кирилл повел себя так неуважительно по отношению к ней, то другой может пойти еще дальше. Вот почему Карина сочла за благо лишний раз не появляться во дворе.
Учебный год начался для нее в новой школе, и Карина отвлеклась, окунувшись с головой в привычные будни. Училась она всегда хорошо. Мечтала стать врачом, и понимала, как много нужно работать ей для того, чтобы поступить в тот вуз, который она выбрала. День у Карины был расписан буквально по минутам – школа, занятия с репетиторами, английский. А еще, нужно было успеть помочь маме по дому или сестре с уроками. Карина радовалась тому, что все снова встало на свои места. О том, что случилось, она начала уже забывать. Кирилл учился в другой школе и во дворе они не встречались. Поэтому, Карина решила, что можно вычеркнуть из памяти то, что было летом, и жить дальше.
Как же она ошибалась…
ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >