У моей двери стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, в тёмной куртке. Лет тридцать пять, может, ближе к сорока. Я замерла с ключами в руке.
Он повернулся. И я увидела его глаза. Серые. Холодные. Как зимнее небо перед метелью.
Рука сама потянулась к телефону. Вызвать полицию. Сейчас же.
— Вера Геннадьевна? — спросил он ровным голосом.
Я отступила на шаг. Откуда он знает моё имя?
— Роман Северов. Охранное агентство. Ваш отец нанял меня.
Я не поверила. Схватила телефон и набрала отца. Он ответил сразу, будто ждал звонка.
— Папа, тут какой-то человек у моей двери!
— Знаю, дочка. Это твой телохранитель.
— Какой ещё телохранитель? Ты с ума сошёл?
Отец помолчал. А потом сказал то, от чего у меня похолодело внутри.
— Две недели назад мне начали приходить письма. Угрозы. Требуют, чтобы я отказался от контракта с городской администрацией. Угрожают тебе.
Я прислонилась к стене. Ноги стали ватными.
— Почему ты не сказал?
— Не хотел пугать. Думал, разберусь сам. Но вчера позвонили. Сказали, что знают, где ты живёшь. Где работаешь. Во сколько выходишь из дома.
Я посмотрела на человека у двери. Он стоял неподвижно. Ждал.
— Папа, мне не нужна нянька. Я взрослая женщина!
— Это не обсуждается, Вера. Пока мы не найдём, кто за этим стоит, Роман будет рядом с тобой. Двадцать четыре часа в сутки.
Он отключился. Просто взял и отключился, не дав мне возразить.
Я убрала телефон. Посмотрела на этого Романа. Он протянул мне удостоверение. И я заметила на его левой руке шрам. Длинный, белый, старый. От запястья почти до локтя.
— Можете позвонить в агентство и проверить, — сказал он.
Голос у него был такой же, как взгляд. Ледяной. Без эмоций.
Я открыла дверь своей квартиры.
— Заходите, — буркнула я. — Раз уж отец всё решил за меня.
Он вошёл первым. Осмотрел прихожую, потом комнаты. Проверил окна, балкон. Заглянул в ванную.
— Что вы делаете?
— Осматриваю периметр.
Периметр. Надо же. Моя двушка на окраине Москвы теперь называется «периметром».
Мне было тридцать два года. Я работала главным бухгалтером в строительной компании отца. Жила одна уже три года. И вот теперь у меня появился личный телохранитель с ледяным взглядом и шрамом на руке.
Что могло пойти не так?
***
Прошла неделя. Роман был везде.
Он провожал меня на работу. Ждал в машине, пока я сидела в офисе. Забирал вечером. Проверял квартиру перед тем, как я войду. И оставался на ночь. Спал в гостиной, на диване.
Я пыталась с ним разговаривать. Но он отвечал односложно.
— Как вам диван?
— Нормально.
— Кофе будете?
— Нет.
— Вы всегда такой разговорчивый?
— Так безопаснее.
Меня это бесило. Я привыкла к самостоятельности. К тому, что сама решаю, когда уходить и когда возвращаться. А тут чужой мужчина знал моё расписание лучше меня самой.
Но на седьмой день всё изменилось.
Я задержалась в офисе. Сверяла отчёты за квартал. Роман ждал внизу, в машине. Потом поднялся.
— Вера Геннадьевна, нам нужно уехать.
— Я ещё не закончила.
— Серый автомобиль. Второй день паркуется напротив офиса. Сегодня водитель фотографировал вход.
Я посмотрела в окно. Действительно, серая машина. Тонированные стёкла.
— Может, это просто совпадение?
Роман не ответил. Он уже звонил кому-то.
— Номер пробил. Жду результат.
Мы уехали через служебный выход.
А вечером на мою рабочую почту пришло письмо. Без темы. Без текста. Только вложение.
Фотография. Я выхожу из подъезда своего дома. Сегодня утром. И подпись: «Папа не вечен. Ты тоже».
Мои руки задрожали. Я уронила телефон. Роман поднял его, посмотрел на экран. Его лицо не изменилось. Ни один мускул не дрогнул.
Он налил мне воды. Я выпила залпом.
— Угроза реальна, — сказал он. — Но пока я рядом, вам ничего не угрожает.
Я посмотрела ему в глаза. И впервые увидела там не лёд. Сталь. Надёжность.
— Это моя работа, — добавил он. — Я её делаю хорошо.
И я ему поверила. Не знаю почему. Просто поверила…
ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ >