«ПОЧЕМУ ВЫ НАС НЕ СЛЫШИТЕ?»
Март 1998 года
— Девушка, я понимаю ваши чувства. Но посёлок невозможно содержать только потому, что вы его любите.
Сардаана медленно поднялась со стула.
— А вы хоть раз там были?
>> ВСЕ СЕРИИ
Чиновник снял очки.
— Простите?
— В Снежном. Вы туда приезжали?
— Вопрос не в этом.
— Нет, именно в этом!
Она достала из папки фотографию.
На ней молодые рабочие стояли возле первой котельной.
— Вот мой отец. Он построил половину нашего посёлка. Сейчас лежит в больнице. Ему пятьдесят четыре, и он даже не знает, где будет жить через месяц!
Чиновник долго смотрел на снимок.
Потом аккуратно вернул его.
— Я понимаю. Но решение о прекращении работы предприятия пересмотрено не будет.
Сардаана почувствовала, как у неё задрожали пальцы.
В районную администрацию она приехала с Ниной Николаевной и Эрэлом.
После публикации в газете республиканская комиссия согласилась рассмотреть предложение о сохранении части поселковой инфраструктуры.
Они подготовили расчёты.
Айсен помог оценить возможность работы ремонтной мастерской.
Собрали письма от жителей, готовых остаться.
Нашли предприятия, которые не исключали возможности пользоваться мастерской.
Сардаана почти не спала три ночи, переписывая документы.
Ей казалось, что если собрать достаточно доказательств, чиновники обязательно передумают.
Но теперь мужчина за столом объяснял, что потенциальных заказов недостаточно, а расходы на котельную, дороги, школу и снабжение остаются слишком большими.
— Вы можете оставить ремонтный участок без всего посёлка? — спросила она.
— При наличии инвестора — возможно.
— А людей?
— Людей необходимо переселить.
Эрэл ударил ладонью по столу.
— А деньги наши кто отдаст?!
Чиновник поморщился.
— Задолженность предприятия рассматривается отдельно.
— У вас всё отдельно! Работа отдельно, дети отдельно, дома отдельно! А нам всем вместе жить надо!
Сардаана неожиданно улыбнулась.
Чиновник посмотрел на неё.
— Вам смешно?
— Нет. Просто он прав.
Через два часа разговор закончился.
Посёлок решили закрыть.
Но комиссия согласилась уточнить списки жителей, отдельно проверить долги по зарплате и сохранить необходимые службы до выезда оставшихся семей.
Когда они вышли, Эрэл первым делом закурил.
Нина Николаевна присела на скамейку.
Сардаана стояла посреди коридора с папкой в руках.
— Значит, всё?
Учительница подняла голову.
— Не всё. Нам ещё людей вывозить.
— Я не про это!
Сардаана почувствовала, как к горлу подступают слёзы.
— Я ведь хотела спасти Снежный!
Нина Николаевна встала.
Осторожно обняла её.
— Знаю.
Сардаана расплакалась.
Прямо в коридоре районной администрации.
Ей было восемнадцать, и впервые в жизни оказалось, что можно сделать всё, что от тебя зависит, — и всё равно проиграть.
Возле больницы её ждал Кэскил.
Он приехал из редакции, узнав о заседании комиссии.
— Как прошло?
Сардаана вытерла глаза.
— Закрывают.
Кэскил помолчал.
Потом протянул ей конверт.
— Редактор просил передать.
Внутри лежало письмо.
Её приглашали приехать в Якутск, показать новые материалы и обсудить возможность внештатной работы во время учёбы.
Ещё полгода назад Сардаана от счастья прыгала бы до потолка.
Теперь она просто сложила письмо.
— Спасибо.
Кэскил посмотрел на неё.
— Ты не рада?
Она покачала головой.
— Я не знаю.
Он прислонился к стене.
— Сардаана, ты не обязана отказываться от своей жизни потому, что Снежный закрывают.
Она подняла глаза.
— Но я хотела, чтобы его оставили.
— Знаю.
— Я думала, мы сможем…
Кэскил осторожно коснулся её плеча.
— Ты многого добилась. Просто не всего, чего хотела.
Она убрала его руку.
Не резко.
Но твёрдо.
— Кэскил, спасибо тебе за всё. Только я сейчас хочу побыть одна.
Он кивнул.
— Понимаю.
В палате отец сидел возле окна.
Увидев дочь, улыбнулся.
— Ну что, победила?
Сардаана покачала головой.
— Нет, пап.
Она положила перед ним официальную бумагу.
Ньургун прочитал.
Долго молчал.
Потом аккуратно сложил документ.
— Значит, уезжаем.
Сардаана села рядом.
— Прости меня.
Он удивился.
— За что?
— Я обещала, что спасу наш посёлок.
Ньургун посмотрел на неё.
Потом рассмеялся.
— Дочка, я тебя не посёлок спасать растил.
Она подняла глаза.
Отец осторожно погладил её по щеке.
— Я тебя растил, чтобы ты человеком стала. А ты уже стала. Не заметила разве?
Сардаана снова заплакала.
Но на этот раз отец не стал утешать её словами.
Просто обнял.
За окном шёл снег.
Она сидела рядом с ним и впервые позволила себе не быть сильной.
