Виктор Павлович стоял перед зятем, сжимая его рубашку на груди. Денис побледнел.
— Виктор Павлович, отпустите. Люди смотрят.
— А когда ты с этой девицей в гостиницу заходил, не боялся, что люди посмотрят?
— Я всё объясню!
— Что ты мне объяснишь?! Что жена у тебя на четвёртом месяце, а ты по чужим постелям так и шастаешь?!
Денис попытался высвободиться.
— Я люблю Машу!
Виктор Павлович с отвращением разжал пальцы.
— Ещё раз услышу это от тебя — не сдержусь.
Зять поправил воротник.
— Только Маше не говорите. Прошу вас. Она ребёнка ждёт.
Виктор усмехнулся.
— Вот теперь ты про ребёнка вспомнил.
Машенька вышла замуж в двадцать три. Денис был старше на четыре года, работал в автосалоне. Красивый, обходительный, всегда с цветами. Виктор Павлович, сорок лет проработавший на заводе, поначалу посмеивался:
— Слишком уж гладкий он у тебя, дочка. Прямо с витрины.
Маша обижалась.
— Пап, ну что тебе не нравится?
— Не знаю, дочка, что-то тут не то.
Но на свадьбе Виктор Павлович плакал. Особенно когда дочь обняла его и прошептала:
— Папочка, я теперь такая счастливая!
Он поцеловал её в лоб.
— Ну и дай бог, родная.
Жены у Виктора Павловича не стало пять лет назад. Машу он любил так, что порой сам понимал: перебарщивает. Звонил каждый вечер. Спрашивал, поела ли, тепло ли оделась. Денис над ним посмеивался.
— Виктор Павлович, я же не зверь. Накормлю вашу дочь.
— Ты не шутки шути, а заботься о неё, как положено.
Не прожили и года, как Виктор Павлович увидел зятя с другой женщиной. Он приехал в торговый центр за подарком Маше на день рождения. Выходя из магазина, заметил знакомую машину. Денис стоял возле неё, обнимая высокую блондинку. Та что-то шепнула ему, засмеялась. А потом они поцеловались. Не по-дружески. Виктор Павлович остановился. Несколько секунд смотрел, не веря собственным глазам. Потом подошёл.
— Денис!
Зять обернулся.
Лицо у него вытянулось.
— Виктор Павлович?..
— Это кто?
Блондинка быстро убрала руку с его плеча.
— А вы кто?
— Отец его жены.
Женщина отступила. Денис попытался улыбнуться.
— Послушайте, тут недоразумение…
Виктор Павлович ударил его. Не сильно, но так, что зять пошатнулся и схватился за скулу.
— Какое недоразумение, подлец?!
Блондинка вскрикнула. Денис оглянулся на прохожих.
— Вы что творите?!
— Это я-то что творю?! Я тебе дочь доверил!
Охранник поспешил к ним. Денис вытер губу.
— Давайте не здесь.
— А где?! У меня дома? За столом, где ты с моей дочкой сидишь?!
Вечером Виктор Павлович приехал к молодым. Маша открыла дверь в домашних шортах и футболке.
— Пап! А ты чего без звонка?
Он вошёл.
— Денис дома?
— Нет. На работе.
— На какой работе?!
Маша насторожилась.
— Пап, что случилось?
Виктор Павлович посмотрел на дочь. На её счастливое лицо. На свадебную фотографию возле телевизора. И выпалил:
— Муж твой с другой бабой гуляет!
Маша отшатнулась.
— Что?
— Сам видел! Целовались возле торгового центра!
Она побледнела.
— Пап, ты ошибся.
— Я своими глазами видел!
Маша схватилась за спинку стула.
— Нет…
В этот момент повернулся ключ в замке. Вошёл Денис. Увидел тестя и остановился.
— Маш, я хотел сам тебе рассказать…
Она посмотрела на мужа.
— Это правда?
Он молчал.
— Денис!
— Маш, это ничего не значит.
Виктор Павлович шагнул к нему.
— Ещё скажи, что это случайность!
Маша вдруг закрыла лицо руками.
— Замолчите оба!
Она разрыдалась. Отец бросился к ней.
— Машенька, собирай вещи. Поехали домой.
Денис попытался взять жену за руку.
— Малыш, послушай…
— Не трогай меня!
Через полчаса Виктор Павлович выносил из квартиры дочкин чемодан. А Денис стоял в дверях и повторял:
— Маша, прости! Это больше не повторится!
Дочь прожила у отца почти два месяца. Первую неделю плакала. Потом злилась. Потом начала ждать звонков. Денис звонил ежедневно. Присылал цветы. Стоял под окнами. Однажды приехал с огромным букетом и коробкой её любимых пирожных.
Виктор Павлович открыл дверь.
— Проваливай.
— Я к Маше.
— Она тебя видеть не хочет.
— Пусть сама скажет.
— Я сказал — уходи!
Но Маша уже стояла за спиной отца.
— Пап, подожди.
Денис увидел её и шагнул навстречу.
— Машенька…
Она заплакала.
— Зачем ты так со мной?
Он опустился перед ней на колени прямо на лестничной площадке.
— Прости меня. Дурак я. Всё понял. Клянусь, больше никогда!
Виктор Павлович смотрел на него с отвращением. А Маша вдруг протянула мужу руку.
В тот вечер отец впервые по-настоящему поссорился с дочерью.
— Ты к нему возвращаешься?!
— Пап, я хочу попробовать ещё раз.
— Он тебе изменил!
— Я знаю!
— Тогда чего тебе ещё надо?!
Маша всхлипнула.
— Я его люблю.
Виктор Павлович ударил ладонью по столу.
— А себя ты любишь?!
Она выпрямилась.
— Папа, это моя семья.
— Семья?! Да он тебя ни во что не ставит!
— Ты не можешь решать за меня!
Он замолчал. Маша поднялась.
— Я знаю, ты хочешь меня защитить. Но я сама должна решить.
— А когда он снова тебя обманет, опять ко мне прибежишь?
Дочь побледнела.
— Не говори так.
— А как мне говорить, Маша?!
Она вытерла слёзы.
— Пап, пожалуйста, больше не вмешивайся. Это моя жизнь. Мой муж. Моя семья.
На следующий день она уехала к Денису. Виктор Павлович не вышел проводить. Только стоял у окна и смотрел, как зять укладывает её чемодан в багажник.
Прошло полгода. Постепенно жизнь вроде бы наладилась. Денис приезжал к тестю, помогал по хозяйству, привозил продукты, иногда звал вместе посмотреть футбол. Виктор Павлович держался холодно. Но ради Маши терпел. А однажды дочь приехала с небольшим пакетом и загадочной улыбкой.
— Пап, у меня для тебя подарок.
Достала маленькие пинетки. Виктор Павлович смотрел на них, не понимая.
— Это что?
— Ты дедушкой будешь!
Он так крепко обнял дочь, что она засмеялась.
— Пап, задушишь!
У него дрожали руки.
— Девочка моя… Господи, какое счастье!
Вечером Виктор Павлович достал фотографию покойной жены. Поставил на стол.
— Ну что, Валюша, внука дождались.
И впервые за долгое время уснул спокойно. А через четыре месяца увидел Дениса возле гостиницы. Сначала даже не поверил. Знакомая машина. Зять выходит, открывает пассажирскую дверь. Из машины появляется женщина в короткой чёрной куртке. Не та блондинка. Другая. Денис обнимает её за талию. Они целуются. И заходят внутрь. Виктор Павлович почувствовал, как потемнело в глазах. Он просидел в машине почти час. Потом вошёл в гостиницу. У стойки администраторша подняла голову.
— Вам номер?
— Мне человека найти надо.
— Постояльцам звоните сами.
Он уже собирался уйти, когда из лифта вышел Денис. Рядом шла та самая женщина. Виктор Павлович шагнул им навстречу.
— Ну здравствуй, зятёк.
Денис остановился как вкопанный.
Женщина посмотрела на них.
— Денис, что случилось?
— Иди к машине, — процедил он.
— Но…
— Я сказал, иди!
Она пожала плечами и вышла. Виктор Павлович схватил зятя за рубашку.
— Ты что творишь, сволочь?!
— Тише! Тут люди!
— А мне плевать!
Охранник поднялся со стула. Денис быстро сказал:
— Мы выйдем.
На улице Виктор Павлович толкнул зятя к машине.
— Маша на четвёртом месяце!
Денис поправил рубашку.
— Я знаю.
— И опять?!
— Да ничего серьёзного нет!
Виктор замер.
— Что?
Денис выдохнул.
— Ну вы же мужчина. Должны понимать.
— Что я должен понимать?!
— Маша беременная. Ей сейчас не до этого. А у меня потребности!
Виктор Павлович смотрел на него.
— Потребности?
— Я же не влюбляюсь в этих женщин! Просто встречаемся иногда. Домой прихожу — всё нормально. Машу люблю!
Виктор ударил кулаком по капоту. Денис вздрогнул.
— Ты хоть сам слышишь, что говоришь?!
— Ну а что такого?! Я же семью не бросаю!
Виктор Павлович шагнул ближе.
— Слушай меня внимательно.
Голос его стал тихим.
— Первый раз я рассказал дочери всё. Она тебя простила. Потом сказала мне не лезть в вашу семью. Я с ней тогда из-за тебя чуть не рассорился.
Денис молчал.
— Теперь она ребёнка носит. Счастливая ходит, имя выбирает. И я не стану сейчас разбивать ей сердце.
Зять облегчённо выдохнул.
— Спасибо, Виктор Павлович. Я…
— Рот закрой!
Он снова схватил его за воротник.
— Ты думаешь, я тебе разрешение дал?!
— Нет! Конечно нет!
— Ещё раз увижу тебя с женщиной — сам всё расскажу Маше. И не думай, что сможешь спрятаться. Я проверю каждое твоё слово, если понадобится.
— Клянусь, больше не повторится!
— Ты уже клялся!
— Это последний раз! Честное слово!
— Мне твоё слово ничего не стоит.
Виктор Павлович отпустил его.
— Иди домой. К жене. И будь примерным мужем, иначе пожалеешь.
Всю дорогу домой он мучился. Рассказать? Маша беременна. Стала такой счастливой, спокойной. Недавно показывала ему снимок УЗИ.
— Пап, смотри, носик мой!
А теперь… Виктор остановился у обочины. Долго сидел, уткнувшись лбом в руль. Перед глазами стояла дочь. «Папа, пожалуйста, больше не вмешивайся. Это моя жизнь». Тогда она была готова поссориться с ним, лишь бы вернуться к Денису. А сейчас ждала ребёнка от этого мерзавца. Он достал телефон. Долго смотрел на Машин номер. И убрал обратно.
На следующий вечер Денис приехал к тестю. Виктор Павлович открыл дверь и даже не предложил войти.
— Что тебе?
Зять протянул пакет.
— Тут продукты. Маша сказала, у вас холодильник барахлит. Я могу посмотреть.
— Унеси.
— Виктор Павлович, ну зачем вы так?
— Как?
— Я же по-человечески. Помочь хочу.
— Ты своей жене помоги. Верностью хотя бы.
Денис опустил глаза.
— Я всё понял.
— Не похоже.
— Я с той женщиной больше не общаюсь. Номер удалил. Хотите, телефон покажу?
Он даже полез в карман. Виктор Павлович поморщился.
— Мне твоим телефоном любоваться незачем.
— Но вы же должны убедиться!
— Я тебе не надзиратель, Денис. И не собираюсь каждый вечер проверять, с кем ты спишь.
— Тогда чего вы от меня хотите?!
— Чтобы ты перестал делать из моей дочери дуру.
И закрыл дверь. Но Денис не отставал. На следующий день позвонил. Потом ещё раз. Прислал сообщение: «Виктор Павлович, я готов на всё, чтобы вернуть ваше доверие». Виктор не ответил.
В субботу зять снова появился. Привёз дорогой набор инструментов.
— Вы говорили, что старый шуруповёрт сломался.
Виктор Павлович посмотрел на коробку.
— Забирай.
— Да это подарок!
— Мне твои подарки не нужны.
Денис поставил коробку на пол.
— Ну сколько можно?! Я же извинился!
Виктор Павлович медленно поднял голову.
— Перед кем ты извинился?
— Перед вами.
— А перед Машей?
Зять замолчал.
— Вот именно. Она до сих пор ничего не знает. Ты передо мной тут на цыпочках ходишь, потому что боишься, что я расскажу.
— Я боюсь потерять семью!
— Тогда зачем опять к чужой бабе полез?!
Денис провёл ладонью по лицу.
— Виктор Павлович, ну ошибся я! Мужики ведь иногда… сами знаете.
— Ты меня в свои мужики не записывай. Я сорок лет с одной женщиной прожил. И когда она заболела, мне тоже нелегко было. Но почему-то не бегал искать, кто мои потребности удовлетворит.
Денис покраснел.
— Я не это имел в виду.
— Именно это.
Виктор Павлович поднял коробку и сунул ему в руки.
— Уходи. И запомни: я молчу не потому, что простил тебя. А потому, что Маша сама просила не вмешиваться. И потому, что она сейчас ребёнка ждёт. Только ты моё молчание за дружбу не принимай.
В начале восьмого месяца Маша приехала к отцу. С животом уже тяжело было садиться в машину. Он помог ей выбраться, подхватил сумку.
— Осторожнее, доченька.
— Пап, я беременная, не хрустальная!
Она засмеялась. Потом заметила его лицо.
— Ты чего такой хмурый?
— Да так. Спина болит.
— Ты бы к врачу сходил.
— Схожу.
Маша поцеловала его в щёку.
— Вот родится внук, будешь его нянчить. Хватит уже одному вечерами сидеть.
Виктор Павлович обнял дочь. Крепко. Она удивилась.
— Пап, ну ты чего?
Он ничего не ответил.
В ту пятницу Денис сказал Маше, что задержится на работе.
— Клиент поздно приедет, документы подписать надо.
— Только не очень поздно, — попросила она. — Мне одной скучно.
Он поцеловал её в лоб.
— Не жди. Отдыхай.
Маша проводила мужа. Потом обнаружила, что забыла купить лекарство, которое принимала по назначению врача. Решила съездить в круглосуточную аптеку. По дороге заметила у торгового центра машину Дениса. Сначала обрадовалась. Хотела позвонить. Но увидела, как муж выходит из кафе. С ним шла молодая женщина. Денис держал её за руку. У машины она обняла его за шею. Он поцеловал её. Маша остановилась. Денис открыл пассажирскую дверь. Женщина села. Он обошёл машину. И только тогда заметил Машу. Она стояла возле своей машины. Одна рука лежала на животе. Денис побледнел.
— Маш…
Она молчала.
— Это не то, что ты думаешь!
Маша вдруг рассмеялась. Тихо. Как-то страшно.
— А что я думаю, Денис?
Он шагнул ближе.
— Давай дома поговорим.
— С кем ты мне предлагаешь разговаривать дома?
Денис замер.
— Маш…
Она медленно покачала головой.
— Я всё видела.
— Это последний раз!
Маша посмотрела на него.
— Ты и в прошлый раз так говорил.
Он протянул руку к её животу.
— Подумай о ребёнке!
Она отступила.
— Я о нём и думаю.
Села в машину. Завела двигатель. И уехала.
Виктор Павлович проснулся от звонка в дверь. На часах было половина первого ночи. Он накинул халат, вышел в прихожую. На пороге стояла Маша. С маленьким чемоданом. Бледная. Губы дрожали.
— Пап…
Он сразу всё понял. Отступил, пропуская её.
— Иди, доченька.
Маша вошла. Поставила чемодан.
— Ты был прав, пап.
Виктор Павлович замер. Дочь тяжело опустилась на стул.
— Помнишь, ты говорил, что он опять меня обманет? А я на тебя кричала. Говорила, чтобы не лез в мою семью…
Она закрыла лицо ладонями.
— Какая же я была дура! Я его опять поймала. С другой. Он даже не испугался сначала. Опять начал рассказывать, что ничего серьёзного!
Она подняла заплаканное лицо.
— Пап, ну почему я тебя тогда не послушала?
Виктор Павлович сел рядом. Долго смотрел на дочь. Потом тихо сказал:
— Маш, я должен тебе кое-что сказать.
Она насторожилась.
— Что?
— Я знал, что он опять гуляет.
Маша замерла.
— Что?
— Несколько месяцев назад увидел его с женщиной у гостиницы.
Дочь медленно выпрямилась.
— И ты мне не сказал?
— Я хотел. Но ты тогда просила не вмешиваться. А потом забеременела… Я боялся за тебя, за ребёнка. Я с ним поговорил, пригрозил. Он клялся, что больше не повторится.
Маша смотрела на отца.
— Пап…
Он опустил голову.
— Прости меня, доченька.
Она вдруг горько усмехнулась.
— Представляешь, он мне сегодня сказал, что я всё неправильно поняла.
Виктор Павлович молчал.
— А ты, значит, уже давно всё правильно понял.
Она медленно поднялась. Отец протянул руку.
— Машенька…
Дочь отступила.
— Не надо, пап. Сейчас не надо.
Взяла чемодан и пошла в комнату. У двери остановилась.
Не оборачиваясь, сказала:
— Ты в прошлый раз всё мне рассказал. Я не послушала. А теперь ты молчал… И я опять жила с ним, как дура.
Виктор Павлович хотел подойти. Но дочь уже закрыла дверь. Утром он приготовил завтрак. Омлет, который Маша любила с детства. Поставил чашку чая. Постучал.
— Доченька, можно?
Из комнаты донеслось:
— Не сейчас, пап.
Он постоял возле двери. Потом тихо ответил:
— Хорошо.
Вернулся на кухню. Сел перед двумя тарелками. Одна оставалась нетронутой. За окном начинался дождь. Телефон завибрировал. Звонил Денис. Виктор Павлович долго смотрел на экран. Потом взял телефон:
— Как ты смеешь сюда звонить, щенок? Больше не смей приближаться к моей дочери! И запомни — я больше ни за что не позволю ей вернуться к такому подонку, как ты!
И отключился. Из комнаты донёсся тихий голос:
— Пап, ты дома?
Он вскочил.
— Дома, Машенька.
Пауза.
— Чай ещё горячий?
Виктор Павлович посмотрел на две чашки.
— Сейчас свежий налью, доченька.
И потянулся к чайнику.
Из роддома Машу выписывали в пятницу. Виктор Павлович приехал за час. Трижды проверил детское кресло, поправил голубую ленточку на букете, купленном для дочери. Он так волновался, что даже не заметил, как рядом остановилась машина.
— Виктор Павлович…
Обернулся. Денис стоял с огромным букетом роз и плюшевым медведем под мышкой.
— Ты что здесь делаешь?
— За женой и сыном приехал.
— Уезжай.
— Послушайте, я понимаю, вы на меня злитесь…
— Не заставляй повторять.
Денис положил медведя на капот.
— Это мой ребёнок! Я отец! Я имею право его увидеть!
Виктор медленно подошёл вплотную.
— А когда жена на восьмом месяце одна по ночам плакала, ты где был? Когда она вещи собирала, ты о ребёнке думал?
— Я ошибся! Сколько можно меня этим попрекать?!
— Сколько раз ты ошибся? И сколько планируешь ещё ошибаться? Таких, как ты только могила исправит.
Денис сжал челюсти.
— Вы не можете запретить мне видеться с сыном. По закону я имею право!
Виктор посмотрел на него с такой горечью, что зять отвёл глаза.
— Такие подлецы, как ты, ни на что не имеют права. По совести, Денис. А по закону будешь решать с Машей. Не со мной.
— Я хочу вернуть семью!
— Семью надо было беречь.
Денис хотел что-то ответить, но в этот момент открылись двери роддома. На крыльцо вышла медсестра. За ней — Маша. В светлом пальто, уставшая, бледная. На руках маленький свёрток с голубым бантом. Виктор Павлович сразу забыл про зятя. Шагнул навстречу.
— Машенька…
Дочь улыбнулась.
— Пап, знакомься. Это твой внук.
Он осторожно заглянул в одеяльце. Крошечное личико. Сморщенный носик. Сжатый кулачок.
— Здравствуй, мужичок, — прошептал Виктор Павлович.
Голос предательски дрогнул.
— Деда тебя заждался.
Маша засмеялась сквозь слёзы. И вдруг увидела Дениса.
— Машенька..
Она несколько секунд смотрела на мужа. На цветы. На игрушечного медведя. Денис сделал шаг вперёд.
— Можно я хоть сына подержу?
Маша крепче прижала малыша к груди. Ничего не ответила. Потом повернулась к отцу.
— Пап, поехали домой.
Виктор Павлович молча взял у дочери сумку. Открыл перед ней дверцу машины. Помог устроиться рядом с малышом. Уже собирался садиться за руль, когда Маша тихо позвала:
— Пап…
Он обернулся.
— Что, доченька?
Она посмотрела на сына, осторожно поправила край одеяльца.
— Ты ведь говорил мне тогда, что он не изменится…
Отец опустил глаза.
— Говорил, Маш.
Дочь сглотнула.
— Прости, что я тебя не послушала.
Он наклонился, поцеловал её в макушку.
— Не за что тебе передо мной извиняться, родная.
Он закрыл дверцу и сел за руль. А Денис всё ещё стоял у роддома с букетом роз. Виктор Павлович завёл машину. С заднего сиденья донёсся тоненький детский плач.
— Ну что ты, маленький, — ласково прошептала Маша. — Не плачь. Мы домой едем.
— К деду, — тихо добавил Виктор — Дед со всем разберётся и никому в обиду вас больше не даст.
И тронулся с места.
