— Мама, прости за такой вопрос. — Варя помялась. — Я знаю, что для тебя это больная тема, но скажи, у папы была другая семья? Может быть, после вашего развода?
Мама медленно повернулась к ней.
НАЧАЛО — ЗДЕСЬ
— Тебе это зачем? Он тебя не поздравил ни с одним праздником, ни разу не поинтересовался, как ты живёшь, он даже алименты не платил тебе. Это делал за него дедушка. И потом, на п о х о р о н а х, кроме нас, никого не было. Знаешь, почему? Да потому что никому, кроме нас и своих родителей, он не был нужен. Какая другая семья? Варя, мне не нравятся все эти вопросы. В чём дело?
— Ни в чём, мама. Просто, когда смотрели мои детские фотографии, вдруг подумалось, что если у меня где-то есть брат или сестра, а я ничего не знаю о них.
— И что из того? Твой отец такой безответственный человек, что мог разбросать своё семя где угодно. И я не считаю это достоинством. Странно, что тебя эта тема так занимает.
— Но ты же за что-то полюбила этого безответственного и никчёмного человека! — Вырвалось у Вари.
«И до сих пор любишь». — Хотела добавить она, но промолчала.
— Глупая была, вот и полюбила. — Мама не настроена была дальше развивать эту тему. — Считай, что так, и прекращай придумывать глупости.
Но схожесть с ней Алины не давала девушке покоя. Даже, если бы эта девочка просто была чужим ребёнком, она всё равно вызывала в Варе сочувствие, а если… Нет, в конце концов, надо всё выяснить, а не гадать на кофейной гуще.
На следующий день Варя решительно направилась к овощной палатке, но на месте Эли там стояла совершенно другая женщина.
— Здравствуйте. — Поздоровалась она. — Скажите, а Эля теперь когда на работу выйдет?
Женщина открыла было рот, чтобы ответить, но из-за палатки вывернул человек, которого Варя уже видела в прошлый раз, и которого Эля называла Ашотом.
— А года через два выйдет! И не на работу, а из тюрьмы. Что, дорогая, тебя тоже Эля обидела? Обвесила? Обсчитала? Такая непорядочная оказалась женщина!
— Нет, я по личному вопросу. — Удивилась Варя. — И потом, какая тюрьма? За что?
— Обыкновенная, с решётками тюрьма. Вор в ней должен сидеть. Знаешь, фильм такой есть? Там ещё артисты хорошие. Кто ворует, всегда в тюрьме сидит.
— А Эля разве украла что-то?
— Деньги украла, товар украла, много чего.
— И что, доказательства есть?
— Какие такие доказательства? Ты зачем спрашиваешь всё? — Ашот подозрительно прищурился. — Ты кто такая?
— Адвокат. — Варя вдруг рассердилась. — И очень хотела бы знать, на каких основаниях вы обвиняете своего сотрудника? Трудовой договор, зарплатные ведомости, санитарные книжки — это всё у вас, конечно, в порядке? Факт кражи как зафиксирован? Видеонаблюдение? Официально проведённая инвентаризация с фиксацией недостачи? А если проверить вашу деятельность ещё тщательнее?
Лицо Ашота вытянулось.
— Тебе что надо? Это наше дело: моё и Эли. Зачем вмешиваешься?
Он сердито махнул рукой, и скрылся за палаткой. Варя услышала звук тронувшейся с места машины.
— А ты молодец. — Молчавшая до этого момента женщина одобрительно посмотрела на девушку. — Элька, конечно, не подарок, но Ашот тот ещё скряга и жук. Никогда не заплатит за переработку. И овощи закупает самые бросовые, а ты попробуй продай, как хорошие.
— А её что, правда, арестовали?
— Ну, это вряд ли. Может, так подержат менты, если Ашотик им заплатил. Посидит в камере, и отпустят.
— Посидит… — Задумчиво произнесла Варя. — А с кем же девочка? У неё, кажется, дочь?
— Дочь. Алинка. Ты вот что, адвокатша, знай, мать из Эльки никакущая. Алина — хорошая девчонка. Нормальную жизнь она заслужила, а не тычки и затрещины. Заберут её теперь у Эльки, если не забрали ещё. Соседи уже до этого в полицию звонили, что голодная она, что болтается без присмотра. Элька мне жаловалась.
— В полицию? Или в опеку? — Уточнила Варя.
— А что, разница есть? — Удивилась Элина сменщица. — Только, хочешь осуждай моё мнение, но чем Алине с такой матерью, лучше уж в интернате. Там она накормлена будет и под присмотром.
— А отец?
— Да какой отец? Был ли он? Нет, так-то, конечно, был. Дети не из воздуха берутся. Только вот не появлялся никогда.
И здесь впустую. Варя вздохнула.
— А ты Эльке помочь хочешь? Знакомая её?
— Не совсем. И не Эле, а скорее Алине. А вы знаете, где их можно найти?
— Чего не знать. Была у Эльки. К Ашоту за деньгами приходила, он тогда у неё в квартире тёрся. Если надо, слушай адрес.
Варя поблагодарила и, не откладывая дел в долгий ящик, направилась на указанную продавщицей улицу.
* * * * *
Алина была дома одна. Увидев Варю, заморгала удивлённо.
— Это вы? Вас Варя зовут. Вы мне тогда конфеты давали.
— Я. — Призналась Варя. — А мама твоя где?
— Ушла куда-то. Может быть, опять с дядей Ашотом мириться. Она испугалась, что к нам полицейские придут. Он ушёл от нас и кричал, что мама ещё пожалеет. Мне страшно.
— Не бойся. — Варя попыталась успокоить девочку. И, мало на что рассчитывая, спросила. — Может быть, попросить твоего папу помочь вам? Он где живёт?
— У меня нет папы. — Девочка помотала головой. — Мама говорит, что его не было. Но это неправда. У каждого ребёнка сначала бывает папа. Просто не все вместе живут.
Она сказала это рассудительно и вздохнула.
— Я хотела найти его, но не смогла.
— Как же ты собиралась искать, если никогда его не видела?
— Почему не видела? — Алина перешла на шёпот. — Хотите покажу кое-что? Я в мамином старом кошельке нашла. Она сама мне его отдала, а там это внутри лежало. Только вы не говорите ей.
Девочка торопливо полезла в лежащий на стуле портфель, достала потёртый кошелёк, открыла его и бережно достала маленький прямоугольничек. Фотография была не слишком чистая, с замятыми уголками, но это было фото на документы, и изображение оставалось чётким. Поэтому Варя узнала отца сразу.
— Алина, а сколько тебе лет?
— Восемь. — Девочка забрала у Вари фотографию. — А то мама увидит. Ругаться будет.
— Мама часто ругается?
— Часто. — Алина отвела глаза.
Варя больше не расспрашивала её. Спросила только.
— Можно я маму с тобой подожду?
Алина кивнула. Деловито спрятала свой кошелёчек, в котором не было ничего, кроме фото Аркадия, и достала из портфеля тетради.
— Надо уроки делать. — Сказала она и, сопя, принялась выводить буквы.
Варя не лезла, рассматривала светлые волосы и слегка вздёрнутый носик Алины и думала о том, что та, вероятно, вырастет симпатичнее, чем она сама. Конечно, чтобы установить их родство, нужно будет ещё провести генетический анализ. Но она и без того чувствовала, что эта девочка совсем не чужая ей.
Время шло, а Эля всё не возвращалась. Варя нашла в кухонном шкафчике вермишель, сварила, потом обжарила с яйцом, покормила девочку.
— Вкусно! — Похвалила Алина. — А кто вас научил так делать?
— Бабушка. — Варя улыбнулась. — Знаешь, какая она хорошая. И готовит вкусно.
— А у меня нет бабушки. — Девочка вздохнула. — Мама в детском доме жила. А там живут дети, у которых нет родителей.
«У тебя есть бабушка. И даже дедушка». — Едва не вырвалось у Вари, но она благоразумно промолчала. Сказала другое.
— Где же всё-таки твоя мама?
Алина пожала плечами.
— Если она поздно придёт, то мне надо ложиться спать.
— Мама часто приходит поздно?
— Почти всегда. Если не сплю, ругается.
Эля явилась до того, как Алинка успела лечь. Перед этим несколько раз звонила Ирина Юрьевна, пытаясь выяснить, где находится дочь, но Варя терпеливо отвечала, что у неё дела, а потом и вовсе отключила телефон.
— Кто это? — Сурово спросила Эля у девочки слегка заплетающимся языком. Алина вжала голову в плечи и испуганно уставилась на Варю.
— Не ругайте ребёнка. — Сдержанно попросила Варя. — Я адвокат и могу помочь вам избежать наказания.
— А не будет наказания. — Хохотнула Эля. — Пусть докажет сначала. Подумаешь, уволил.
— Но вы действительно взяли у него деньги?
— Какое тебе дело? Если и взяла, то своё. Ты вообще, откуда появилась? Что надо? Нет у меня денег адвокатам платить.
— Я не прошу у вас никакую оплату. Скажите только, вы знали Аркадия Никонова?
— Аркашку? — Женщина нахмурилась. — Вон оно что! Живёшь с ним, да? А ко мне чего припёрлaсь? Благословения спрашивать? Так мне всё равно. Ушел и ушёл.
Заметив, что Алина всё ещё стоит рядом, рявкнула.
— Ты что здесь уши греешь, когда взрослые разговаривают?! Марш спать!
Девочка вздрогнула и почти бегом бросилась в отгороженный шкафом маленький закуток, где стояла её кровать.
— Зачем вы с ней так? — Гневно спросила Варя. — Она же ничего плохого не сделала?
— А ты кто, чтобы меня учить? Роди своего и воспитывай! Ещё от Аркашкиных любовниц я нотаций не слушала!
— Я его дочь.
— Что? — Эля не сразу поняла. — Какая ещё дочь?
— Родная. Скажите, Алина тоже?
— Что тоже?
— Алина дочь Аркадия?
— Да что ты прицепилась ко мне! Какое тебе до всего этого дело?
— Я просто хочу помочь.
— А я тебя просила? — Эля грубо подтолкнула девушку к двери. — Давай, иди отсюда. Хочет Аркашка, пусть сам помогает.
— Он умep несколько лет назад.
Эля на минуту замерла, осмысливая услышанное. Алкоголь не позволял ей делать это быстро, а желание выставить незнакомку за дверь оказалось сильнее. Пробурчав что-то невнятное, она щёлкнула замком.
— Если ваш работодатель по-прежнему будет угрожать полицией, позвоните. — Варя положила визитку на тумбочку в прихожей. — Здесь мои номера: рабочий и личный.
Позади с громким стуком захлопнулась дверь.
— Варя, где ты была так долго? Что с телефоном? — Мама смотрела взволнованно.
— Мама, мне не пять лет. У меня могут быть свои дела. А телефон разрядился.
— Ну ладно, ладно. — Смягчилась мама, глядя, как выскочившая навстречу Солька трётся о Варины ноги. — Я звонила Марианне Константиновне, и она предположила, что вы гуляете с Емельяном. Это так?
— Да, мама, это так. — Варя устало посмотрела на Ирину Юрьевну. — Прекращай уже меня контролировать.
— Не буду, не буду. А ты заметила, что Емельян любит животных? В прошлый раз Солька даже сидела у него на коленях. Ладно. Я поняла.
И под выразительным взглядом дочери Ирина Юрьевна удалилась к себе в комнату.
* * * * *
А через несколько недель, когда Варя была на работе, раздался телефонный звонок.
— Варвара Аркадьевна? Здравствуйте, вы не знаете меня. Алина попросила позвонить вам.
— Алина?
— Да. Говорит, что вы её знаете, что приходили к ним и эту карточку с номерами оставили.
— Я приходила. — Подтвердила Варя. — И визитку оставляла. Элю всё-таки арестовали?
— Хуже. Нет больше Эли. Нашли на улице. Говорят, алкогольное отравление. Вроде бы палёное что-то выпила. Она, как без работы осталась, почти каждый день пила. Алину в детский дом забрали. Она так плакала, так плакала. Когда увозили, вашу карточку мне дала. Сказала, вы добрая.
— Спасибо, что позвонили. А не знаете, куда именно девочку увезли?
— Не знаю, Варвара Аркадьевна. Вам, если надо, вы участкового нашего спросите. Он в квартире был, когда за Алиной приезжали, должен знать. Сердце кровью обливается, такой хороший ребёнок.
— Спасибо ещё раз. Я постараюсь всё выяснить.
Варя закусила губу. Да, всё ещё хуже, чем она предполагала. Девушка встала и постучала в дверь кабинета начальника.
— Пётр Сергеевич, я хочу инициировать процесс об установлении факта родственных отношений с последующей опекой над предполагаемой сестрой. Подскажите, пожалуйста, с чего мне лучше начать?..
ПРОДОЛЖЕНИЕ — ЗДЕСЬ